Я заставила себя улыбнуться. Не могла понять, почему наш разговор вдруг стал настолько напряженным.
– Ты будешь моей грязной тайной.
– Поверь мне, Анна, я прекрасно осознаю все риски нашей связи. У меня нет намерения умереть от рук твоего отца или стать причиной скандала, который нанесет ущерб Синдикату. Наша связь будет ограничиваться спальней.
Меня и это почему-то не устроило. То, что я желала, и то, что могла получить, кардинально отличалось.
Сантино откашлялся.
– Как ты себя чувствуешь?
На мгновение я была уверена, что он имеет в виду эмоции, и не смогла бы честно ответить на вопрос, но затем он погладил меня по животу.
– Нормально. Скоро буду готова к грязным делам.
Наверное, вскоре я задремала, потому что, когда я проснулась, небо за окном уже посерело. Сантино по-прежнему обнимал меня. Я прислушалась к его дыханию и сообразила, что он не спит.
– Проснулась?
– А ты?
– Сна ни в одном глазу.
– Ждешь, когда буду готова ко второму раунду? – дразнила я. В объятиях Сантино я чувствовала себя как дома, что немного пугало.
– Причем с нетерпением.
Я засмеялась и оторвала голову от груди Сантино. Наши лица оказались столь близко, что я еще четче разглядела выражение его лица. Он не улыбался, но его черты были мягче, чем обычно.
– Разве ты не волнуешься, что у меня могут возникнуть чувства, если мы будем обниматься целую ночь напролет? – Я попыталась прервать момент нежности, беспокоясь, что мне это слишком понравится.
Сантино слегка шлепнул меня по заднице, заставив подпрыгнуть. Сонливость исчезла в мгновение ока.
Я подняла брови.
– Мне бы очень хотелось, чтобы у тебя тоже болел рот.
Я показала ему язык.
– Может, тебе нужно опять разозлиться, например, как вчера.
Сантино нахмурился. Ой, кто-то не в настроении. Как мило, что он беспокоился обо мне.
– Анна. Не напоминай.
Я провела по его торсу наманикюренным пальцем.
Быстро улыбнулась:
– А ты не говори, что чувствуешь себя виноватым, когда выяснил, что я оказалась девственницей.
Сантино уставился в потолок.
– Мне следовало сразу понять. Я знаю тебя много лет. Но ты вела себя так, будто успела набраться опыта.
– И произвела на тебя впечатление.
Сантино посмотрел на меня своими карими глазами.
– У тебя получилось. – Он сделал паузу. – Но для первого раза это было слишком.
Я закусила губу.
– Ага. Я такого не ожидала. – Я нервно хихикнула и тут же прокляла свой дурацкий смешок. – Особенно твой большой палец в моей заднице.
Он хмыкнул.
– Тебя это устраивает?
Я наклонилась к нему и прошептала:
– А что, если я скажу «нет»?
Сантино выглядел абсолютно бесстрастным.
– Ты бы извинился за то, что трахнул меня в рот?
– Ты знаешь, как сильно я ненавижу, когда ты так говоришь.
– Ага.
Сантино зарычал, схватил меня за бедра и перевернул на спину. Устроился между моих ног и поднял мои руки над головой, крепко обхватив пальцами запястья. Его бедра прижались ко мне, отчего головка его члена вошла в меня. Я перестала дышать, ноющая плоть заболела от нового вторжения.
Сантино остановился, прикосновения стали мягче.
– Не останавливайся, – прошептала я.
Он покачал головой, продолжая посмеиваться. Сантино не убрал член, но и не двигался дальше. Его большой палец погладил мою точку пульса, а затем он схватил мой сосок зубами. Я напряглась и застонала, когда его язык обвел мой сморщенный комок.
Губы и язык Сантино долго ласкали мою грудь, и в комнате раздавалось только наше учащенное дыхание. Вскоре он протянул руку между нами и начал водить кончиком взад и вперед по моему входу и клитору. Я задыхалась от маленьких разрядов удовольствия, которые прошивали мою плоть из-за давления на чувствительный бугорок.
Я стала скользкой от возбуждения и жаждала большего. Сантино оторвал взгляд от моей груди.
– Хочешь еще?
– Да, – ответила я.
Улыбка Сантино стала шире, излучая голод и чувство собственничества.
Он резко перевернул меня и себя, заставив меня вскрикнуть от удивления, когда я внезапно оказалась сверху, оседлав его бедра. Член уперся в мою киску, а головка настойчиво впивалась в живот. Его яйца терлись о мою киску: до странности эротичное ощущение.
Я выпрямилась, положив ладони на пресс Сантино, и посмотрела на него сверху вниз.
– Готова прокатиться? – спросил Сантино с пошлой ухмылкой.
Мой чувствительный центр сжался. Превозмогая нервозность, я приподняла бедра с ответной ухмылкой, пока кончик Сантино не очутился между моими складками.
Сантино относился ко мне так, словно я – центр его мира, будто он никого так не желал, как меня, что придавало мне уверенности. Я стала опускаться очень медленно.
Когда головка оказалась во мне, я на мгновение напряглась от ощущения полноты и боли.
Сантино смочил большой палец и принялся тереть мой клитор, хотя я была достаточно возбуждена. Однако я наслаждалась видом сильной руки Сантино, доставляющей мне удовольствие. Сквозь полуприкрытые веки я видела, как он нежно меня поглаживает.
Соски были болезненно твердыми от похоти, и я, опустив кисть, начала их дергать. Сантино издал тихий стон, который лишь подстегнул меня.
