Эри вышел на улицу и осмотрелся. Как назло, вокруг никого не было. Он медленно шел, проклиная и Люку, и Нану, и себя за глупый поступок. Чем ближе он подходил к желобу, тем шире перед ним открывалась черная, казавшаяся бездонной, пропасть, и тем сильнее становилось чувство того, что из этой переделки он не выберется. Он остановился у края, и в ту же секунду рядом с ним по камням чиркнула пуля. Прыгнуть вниз казалось для Эри верной смертью. Он осмотрелся и увидел, что метрах в двадцати от него лежит толстая бетонная свая. Она была невысокой, и расстояние между ней и обрывом было всего сантиметров сорок, но упасть за нее казалось для Эри единственным спасением. Он резко метнулся в сторону и побежал по самому краю пропасти. Рядом просвистела пуля, еще одна… Эри пробежал мимо лестницы вниз и попал на то место, где не была вытоптана тропинка. Наступив на грибы, он поскользнулся и упал в пропасть спиной вниз.
Его нашли утром. Эри лежал на дне желоба с торчащей из живота арматурой. Происшествие посчитали несчастным случаем, после чего обрыв был отгорожен от территории школы высоким забором.
Отношения Зэна и Эды, тем временем, все больше холодели. Прежних любовных игр супруги не устраивали с тех пор, как родилась Люка, а через четырнадцать лет их интимная близость окончательно выродилась в однообразную рутину. С возрастом Эда подурнела. Лишь днем, в макияже и одежде, которую Эда всегда умела подбирать, она выглядела привлекательно, но Зэн редко видел ее такой. Чаще она представала перед ним в домашнем халате или вообще без одежды, и ее формы уже не могли заставить Зэна мириться со всеми ее недостатками. Зэн перестал испытывать к Эде то похотливое влечение, кроме которого ничего больше к ней никогда не испытывал.
Уже несколько месяцев Зэн писал свою первую книгу, которая давалась ему с большим трудом. Он писал вечером, но лишь до того времени, как щелкал замок, и в квартиру входила Эда.
Она тут же начинала быстро и безостановочно говорить, задавая вопросы и ожидая ответов. Наговорившись, Эда включала телевизор потому, что не могла ни секунды находиться в тишине, а Зэн шел писать на кухню, но и там жена не давала ему покоя, заходя во время каждого рекламного блока и обязательно отвлекая его разговором. Зэн был очень сдержан, но, тем не менее, иногда раздражался, и Эда отвечала на раздражение раздражением, а иногда и насмешкой, что более всего выводило Зэна из себя. В ссорах Эда часто унижала Зэна, ударяя в его самые больные места, которых знала предостаточно. Зэн не мог ответить ей тем же, и потому из любой ссоры Эда всегда выходила победительницей. Бросить Эду у Зэна не хватало духа, и он предпочитал подчиняться, сдерживая обиду, сколько возможно, лишь бы не начался новый скандал.
Эда должна была вернуться из экспедиции к Поясу черны уже неделю назад. Поздним вечером, когда и Зэн, и Люка были дома, в квартиру семьи Гун позвонили. Дверь открыл Зэн. На пороге стояли двое молодых мужчин с неприметными лицами и одинаковыми прическами.
— Это вам, — сказал один из них лишенным эмоций голосом и протянул Зэну конверт.
— Что это? — спросил Зэн.
— Это касается вашей жены.
— Что с ней?
— Она погибла, — ответил мужчина так, как будто для него это было обычным делом.
Зэн остолбенел, а гости ушли, не сказав больше ни слова. В конверте лежали свидетельство о смерти и чек на довольную крупную сумму, которая, по всей видимости, была страховой выплатой. Зэну не пришлось ничего объяснять Люке. Увидев в его руках конверт с эмблемой компании, в которой работала мать, чек и еще какую-то бумагу Люка все поняла.
Через два дня, вечером, к Зэну и Люке пришел Лей с супругой. Они вспоминали Эду, и Лей рассказал Зэну кое-что о ее работе.
Отдел, в котором работала Эда, занимался изучением демонов и Пояса черны. Цель экспедиции была строжайше засекречена. Известно было только то, что корабль направлялся к самому ядру. В установленную дату корабль на связь не вышел, и начались поиски. Через несколько дней был обнаружен шаттл с того корабля, на котором даже были выжившие — всего один или несколько человек. Они и подтвердили, что экспедиция погибла в результате нападения демонов. Сам корабль так и не нашли.
После известия о смерти матери Люка пыталась заглушить боль, изнуряя себя тренировками. Она бегала, прыгала, отрабатывала удары и колдовала до тех пор, пока не оставалось сил лишь на то, чтобы покинуть зал и дойти до дома. Однажды, Люка пришла в школу магии поздним вечером, когда ученики уже ушли, и учителя собирались домой.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Лей. — Послушай, если ты будешь тренироваться без перерыва, ты испортишь свой организм. Магический голод на фоне постоянной усталости может вызвать необратимые последствия.
— Учитель, мне нужно, чтобы вы помогли мне в одном деле.
— В каком деле?
— Помните, вы говорили, что в древности считалось, что в совершенстве овладел магией тот, кто может заставить при помощи магии свое тело умереть?
— Говорил, и что?.. Даже и не думай!
— Ну почему?
