- Мелета приехала сюда не попутным судном. Ее привез Аргос! И судно спрятано в бухте по пути в город.
- Откуда узнали?
- Мало того - Аргос - отец Лоты и муж Фериды. Наши храмовые наездницы пасли лошадей и...
- Хватит! Беги в дом Лоты, найди Аргоса и позови его ко мне. Скажи, важное дело.
- Вот откуда дует ветер,- сказала сама себе Чокея,- Я сразу поняла, что Аргос мудр, как змей. Это он заманил меня в мою же мышеловку. Теперь я знаю, что делать. Только бы Лота не утащила его на.хутор, только бы Аргос был дома.
Вскоре Аргос появился в комнате Чокеи. Было видно, что он навеселе.
- Выпьешь? - спросила Чокея.
- Спасибо. Я уже принял дома. Женщины покинули меня одного, укатили на хутор, ну я и подогрелся. Не успел опорожнить кувшин, а тут приглашение на свидание. С глазу на глаз. Хо-хо!
- Но я ведь тоже одна,- Чокея приняла шутливый тон гостя.- Все меня обманывают, заманивают в мышеловки. Нет, чтоб пожалеть, приголубить.
- Я бы не прочь... но ты слишком святая, а я слишком стар. Говори, для чего звала?
- Ты веришь своим гребцам?
- Как самому себе! Хо-хо!
- Значит, если есть гребцы, то есть и лодка? Где она?
- С тобой надо держать ухо востро,- Аргос почесал в затылке.
- Они ведь, как и ты, разбойники?
- Это не разговор! Я оскорблять себя не позволю! Разрази меня гром!
- Ну-ну! Я хочу тебе добра. Они знают, что пояс богини на корабле?
- Какой пояс?! - Аргос уже был насторожен и не попался на очередную удочку Чокеи.
- Пояс, который ты похитил из храма. Садись! Я все знаю.
- Что ты знаешь? - Аргос сразу протрезвел.
- Что ты муж Фериды, что твоя дочь Лота вынесла пояс Ипполиты из наоса, что он на корабле, а корабль в бухте у меловой косы. Если, конечно, твои разбойники не подняли паруса и не оставили всех нас с носом.
- Нет, моя Феридонька была права.
- В чем?
- Она сказала вчера: «Эта змея Чокея совсем не больна. Вот увидите, она уже обскакала все побережье». Ну, допустим, что пояс у нас. Что дальше?
- В таких делах на полпути останавливаться нельзя. Ты знаешь, что этот пояс не одевал никто из людей. Он всегда был на бедрах Кумира Девы.
- Дальше?
- И тому, кто украл пояс, следует украсть и кумир.
- Хо-хо! Он утопит мой корабль, как скорлупу. Он же весь из золота?
- Не весь. Голова богини и впрямь золотая, но тело из камня.
- Откуда знаешь?
- Мы с Диомедом осмотрели статую. Если бы не появление Мелеты...
- Хо-хо! У вас с Диомедом губа не дура. Ну и что?
- А то, что там на Синдике амазонки построят храм...
- Откуда знаешь?
- Я знаю Атоссу и Годейру. Если они поручили вам похитить пояс, то храм будет. Неужели ты думаешь, что пояс будет в храме болтаться, как уздечка на конюшне?
- Ближе к делу, Чокея.
- Надо украсть статую! Снять золотые пластины, облегающие камень, потом голову, и все это сложить в сундуки. И погрузить на твою посудину под видом имущества Лоты и Мелеты.
- Тебе от этого какая корысть?
- Пусть амазонки осядут там навечно! А здесь будет столица метеков.
- Вот теперь я понимаю тебя и верю. Ты пустишь меня в храм?
- Один ты ничего не сможешь...
- Я приведу гребцов!
- Глупее ничего не придумал? Увидев золото, они утопят всех вас на первом же перегоне.
- А если храмовые слуги?
- Они не посмеют притронуться к кумиру. Об этом узнает вся Фермоскира. А надо, чтобы знали только мы с тобой, и некто третий. Например, Ликоп. Он приведет рыбаков. А те не поклоняются нашим кумирам.
- Когда?
- Перед тем, как будешь отчаливать.
- Ты, надеюсь, не поставишь мне капкан за ту мышеловку?
- Стоило бы. Уж очень я хочу, чтобы Фермоскира была без богини.
Все приготовления были закончены. Спустя две недели, амазонки вступили на путь Ипполиты. Про богиню мало кто вспомнил - воительницы шли к привычной и желанной тропе войны. И снова запрудилась до краев площадь перед храмом - амазонки разбирали принесенные сюда копья. Их было много - более двадцати тысяч. Более трех тысяч амазонок осталось в городе, среди них было много храмовых и гоплиток. Почти все они были или больные, или старухи, которых просто не взяли в сотни. Преклонив колени перед Кумиром Девы, копейщицы, лучницы и мечницы выходили из храма, садились на коней и собирались в свои сотни. У всех было тяжело на душе, но слез не было. Амазонка не плачет - так издревле гласит один из заветов Великой наездницы.
Впереди ехала Лота. За нею - Ликоп и Бакид, а за ними -сотни по четыре всадницы в ряду. В суровом безмолвии прошли конные сотни мимо храма, где на возвышении стояли Мелета, Чокея и Ферида. Над агорой вихрился густой и звонкий цокот копыт по мостовой, он Дробился, улетая в небо Фермоскиры. И каждая всадница думала, увидит ли она когда-нибудь храм, город и святую реку Фермодонт. Провожающих, кроме Мелеты, не было. Метеки и рабыни все на колонхах, на работе, оставленные в городе амазонки знали -провожать наездниц в поход - плохая примета.
