— Я так рад, что ты, наконец, пришла в себя, — он сел на край матраса и погладил ее по щеке. — Прошло уже шесть дней с тех пор, как я принес тебя сюда.
— Шесть дней? — шокировано округлила глаза Ная.
— Да. Три дня тебя держали в медикаментозном сне, прежде чем приостановили подачу седативных и препаратов для ускоренного заживления. Насколько я понял, они отнимают много сил у ваших маленьких тел. Истощение — побочный эффект.
— Все так плохо? — Ная быстро глянула вниз на свой живот, покрытый больничной сорочкой. — Шрам, я имею в виду.
— Он некрасивый, — не стал врать Менас, — но мне сказали, что рана заживает хорошо. Ты видела мои шрамы. Со временем твой будет выглядеть точно так же.
— Кажется, все не так уж плохо, — лучше, чем могло быть, как мрачно подумала Ная.
— Ная, некоторые твои травмы потребовали определенных операций, которые могут тебя расстроить.
— Выкладывай, — слабо сказала она, пока у нее в голове проносились ужасные мысли.
— Врачи были вынуждены удалить один из твоих яичников, — Менас взял ее за руку. — И твоя маточная артерия повреждена.
От шока у нее закружилась голова. Ная всю жизнь старательно избегала беременности, и теперь мысли о бесплодии глубоко ее ранили.
— Смогу ли я…у меня будут дети?
— Да, — быстро ответил Менас. — Меня уверили, что через некоторое время не будет никаких причин, чтобы ты не забеременела. Врачам придется больше обычного следить за тобой, но ты будешь совершенно здорова.
С облегчением Ная несколько раз медленно и глубоко вдохнула, чтобы успокоить заходившееся сердце.
— Менас, в следующий раз лучше бы тебе начать с хороших новостей.
— Ная, следующего раза не будет, — он погладил ее кончиками пальцев ото лба до подбородка. — Ты испугала меня до чертиков. Я думал… — Менас затих и сглотнул. — Ная, я знаю, что все испортил. Знаю, ты ненавидишь меня и больше никогда мне не поверишь, но я все еще тебя люблю. Я всегда буду тебя любить. Даже если не заслуживаю тебя.
— Тсс, — прошептала Ная. В ней боролись разные эмоции. Обрисовав пальцами черты сурового лица, она всмотрелась в светло-зеленые глаза Менаса. — Ты — большой и глупый небесный воин. Да, ты разбил мне сердце и предал меня. Я не говорю, что будет легко начать сначала, но, Менас, ты единственный, кому под силу помочь мне собрать все осколки воедино.
Из его горла вырвался шумный вздох, подозрительно похожий на рыдание. У Менаса заблестели глаза, и он часто заморгал, соприкоснувшись с Наей лбами.
— Ради второго шанса я сделаю что угодно.
— Ты можешь начать с признания в любви и поцелуя, — сощурившись, она насладилась его ароматом и жаром тела.
Немного отстранившись, Менас с обожанием посмотрел на Наю и завладел ее губами в нежном поцелуе.
— Я тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю, — она вспомнила о конверте и нашла его возле своего бедра. Ная подняла его и показала Менасу. — Террор принес.
— Этот ублюдок был здесь? — его напряженный взгляд сулил смерть.
— Как я понимаю, вам недостаточно было избить друг друга до полусмерти, чтобы считаться квитами?
— Ничуть, — прорычал Менас. — Зачем он приходил? Ты его простила?
— Нет, но я не собираюсь злиться и тратить на него энергию, — Ная большим пальцем потерла его губы. — И ты тоже.
Менас не ответил, лишь постучал по конверту.
— Лучше ты открой его.
— Долго тебе еще носить гипс? — посмотрела Ная на его руку.
— Три недели, если сращивающие инъекции сработают.
Пораженная технологиями харкосов, она вскрыла красный конверт. Внутри лежали свернутые бумаги, похожие на официальные документы. Ная показала их Менасу.
— Наш развод отменили и восстановили брак, — моментально взбодрился он.
— Как быстро.
— Ты не обязана снова подписывать контракт, — тут же поник Менас. — Я не ожидаю… не после…
— Куда делся грубый властный небесный воин, упорно преследовавший меня в лесу и закинувший на плечо? — закатила глаза Ная. — Разве тебе не полагается просто сказать мне, чтобы я снова подписала контракт?
— Мне очень хочется попробовать, — посмеиваясь, Менас потянулся к карману и достал синий ошейник, выбранный им специально для нее. — Я не ожидаю, что ты сразу же начнешь его носить, но когда будешь готова, дай мне знать, — сказал он мрачно и эмоционально.
— Ничего себе, вот так перемены. Ты действительно спрашиваешь, захочу ли я его носить? — тихо рассмеялась Ная. — В последний раз, когда ты держал брачный контракт, я была с кляпом во рту, в наручниках и в твоем ошейнике.
— Милая, я заберу тебя отсюда, не успеешь и глазом моргнуть. Уж поверь мне, — Менас одарил ее сексуальной усмешкой, которую она так любила. — Я легко все устрою.
Обещание светлого будущего вызвало у нее улыбку. Схватив Менаса за рубашку, Ная притянула его к себе для поцелуя.
— Малыш, я очень на это рассчитываю.
КОНЕЦ
