Я двинулась вперёд и остановилась у большой двустворчатой двери, из-за которой и слышался привлёкший меня звук. Послушав немного и так и не придумав, что бы это могло быть, я постучала. Куда там! Что бы там ни происходило, моего стука там точно слышно не было из-за шума.
Тогда я приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Но то, что я там увидела, требовало полноценного обзора, так что я открыла дверь пошире и замерла, рассматривая и, кажется, пуская слюни.
В спортивном зале, размером не меньше, чем половина недавно обнаруженного мною бального и оснащённого по последнему слову техномагии тренировался Верн. Размахивая, как мечами, двумя деревянными палками, он сражался против магического фантома с такими же деревянными палками.
Ещё в академии мы с девчонками иногда бегали тайком смотреть на тренировки боевиков. Что-то первобытное, брутальное и невероятно сексуальное было в этих боях. Сильные, тренированные, блестящие от пота полуголые мужские тела, точные быстрые движения, запах пота, гортанные выкрики будоражили женские сердца и кружили головы многим.
Многим, только не мне. Хотя зрелище и нравилось мне с эстетической точки зрения, на парней я не западала. Видимо, потому что среди тех парней не было Верна.
Я сглотнула резко пересохшим горлом, чувствуя, как приливает к щекам кровь и ускоряется дыхание. Я смотрела на его идеальное тело, совершающее резкие движения, прыжки, выпады, удары, а представляла…
Нет, нет, нет!
Надо уходить, пока не поздно! Ещё не хватало спать с крысаком! Он ведь враг. Враг, Рин! Вспомни об этом!
Уговоры не действовали, тело настойчиво требовало своего — отдаться сильному самцу прямо здесь и сейчас. Я закрыла глаза и отступила в коридор — надо уйти. Просто физически уйти, пока мозг окончательно не отключился. Ещё шаг. Закрыть дверь…
— Рин, ты что-то хотела?
Я вздрогнула от его хриплого, запыхавшегося голоса прямо над своей головой и открыла глаза. Взгляд упёрся в рельефную грудь, спустился ниже, к кубикам пресса. С трудом подавив желание потрогать всё представленное передо мной тело, я медленно подняла взгляд сначала к губам, а затем и глазам.
Сердце грохотало в ушах, и мне казалось, что у меня на лице написано всё, что я думала. Если бы я вообще могла о чём-то думать!..
— Рин. — Его голос теперь был ниже и ещё более хриплым.
Верн распахнул дверь и сделал шаг в мою сторону. Где-то за дверями тренировочного зала грохнули о пол деревянные палки. Звук заставил меня на мгновенье собраться. Уходить! Бежать!
Я затравленно оглянулась на коридор. Но в этот момент он схватил меня за запястье и шагнул почти вплотную:
— Посмотри на меня. — Потребовал он тихо, но я вопреки требованию закрыла глаза. — Посмотри. Ну же, девочка, это не страшно. — Раздалось у самых моих губ.
И я сдалась.
Его глаза уже не были серыми. В тусклом коридорном освещении они были почти чёрными. И я смотрела в них не отрываясь, вдыхала запах разгорячённого тренировкой мужского тела, ощущая его тепло. И плыла. Рин больше не было. Была только лужица розового сиропа у ног победителя.
Его губы, накрывшие мои, не были ласковыми, как не был и он сам. Верн целовал жёстко, зло. Будто мстил за что-то. А я задыхалась, я сходила с ума. От этого поцелуя, не оставляющего мне права выбора. От рук, мнущих моё тело и с силой вжимающих мои бёдра в его. От того, как через одежду я чувствовала его возбуждённый член, упирающийся в мой живот.
Он подхватил меня под бёдра, и я тут же обхватила его ногами. Теперь я уже сама тёрлась о него, как оголтелая кошка на пике фертильности. Как-то сама собой исчезла моя майка, а за ней и лифчик. И вот моя спина уже прижата к холодной поверхности стены, а грудь — к его груди. Кожа к коже.
Верн руками опустил мои ноги на пол и сунул руку мне в штаны, сдвинул трусики в сторону. И я всхлипнула от удовольствия, когда его пальцы раздвинули влажные складки и совсем не нежно вторглись внутрь.
— Горячая девочка. Сладкая. Славная. — Шептал он мне в шею и волосы, целуя и кусая мою кожу и одновременно орудуя пальцами у меня между ног. — Знал это. Чувствовал тебя ещё там, на балконе…
Я слушала, но не слышала, потому что меня уже накрывал первый оргазм. Я хрипло застонала и Верн поймал мой стон, накрыв мой рот своим. Он прижимал меня свободной рукой к себе ещё крепче, чтобы не упала, поскольку собственные ноги меня больше не держали.
Теперь поцелуй его был нежным, глубоким. Он вернул на место мои трусики и теперь просто гладил мой живот, ноги, попу. А ко мне потихоньку возвращалось сознание. И осознание.
Боги, что это было сейчас?!
Что я натворила?! Как мне теперь смотреть ему в глаза? Мы едва знакомы…
— Сбежишь? — Верн прижимался лбом к моему лбу и, кажется, читал мысли, хотя это и невозможно.
Я молчала. Он вздохнул и отодвинулся, поднял и подал мне мои майку и лифчик и отступил. А я, не глядя ему в лицо, быстро натянула майку, сунула лифчик в карман, развернулась и, так и не говоря ни слова, на нетвёрдых ногах двинулась по коридору. Подальше от него и своего позора.
