И тут же сам оказался сверху, уже избавившись от всей одежды. Я чувствовала, как он тычется своим членом мне в трусики, когда он снова мял и целовал мою грудь, кусал и тут же зализывал мою кожу на плечах и шее, пока не добрался до губ.
— Сводишь меня с ума, девчонка! — Прошептал он мне в губы. — Не могу больше держаться.
Я не очень понимала, зачем держаться. Видимо, речь шла о предварительных ласках. Но мне и самой было не до них, так что когда он поднялся и стал стаскивать мои трусики, чуть сама не попискивала от нетерпения и желания.
Треск разрываемой упаковки презерватива и я приподнялась на локтях, чтобы увидеть, как он раскатывает презерватив по своему члену.
Но долго мне любоваться не получилось — Верн сунул своё колено между моих бёдер, раздвигая их, лёг сверху и пристроил головку ко входу во влагалище. Я обхватила его ногами, позволяя ему удобнее устроиться у меня между ног. Он ткнулся, сначала аккуратно, распределяя смазку и прокладывая себе дорогу.
Медленно, давая мне возможность привыкнуть к размеру, дошёл до упора, даря мне это прекрасное чувство наполнения, заполнения, переполнения им! Восхитительно!
Верн замер на некоторое время, вышел почти полностью и снова медленно вернулся обратно. Осторожность я оценила, но сейчас мне нужно было не это. Я нетерпеливо поёрзала, повела бёдрами из стороны в сторону, и он понял, задвигался быстро, резко, сладко — как я хотела.
Да-да-да! Не знаю, говорила я это в мыслях или вслух, но кажется, он меня слышал. Или во всяком случае понимал, чего я хочу. И бил-бил-бил, заставляя меня стонать и хрипеть от удовольствия. Да, вот так, ещё, да-да-да! И тут он сменил угол и стал при каждом толчке скользить по моему клитору.
Это было так остро, что я, закричала, срываясь в оргазм буквально за пару толчков. Верн задвигался ещё быстрее и в несколько толчков догнал меня. С хриплым стоном он навалился сверху, но тут же перекатился на спину, увлекая меня за собой.
Так мы и лежали, приходя в себя и восстанавливая дыхание. Он кончиками пальцев гладил мою кожу, перебирал волосы и, наверное, о чём-то думал. А я просто лежала на его груди, раскачиваясь в такт его дыханию и слушая, как сильно и громко бьётся под моей щекой его сердце и тоже думала.
Вернее, твердила, как мантру единственную фразу: "Не. Влюбиться", "Не. Влюбиться"…
Верн
Верн потягивал кофе и рассматривал сидящую перед ним и жадно уплетающую завтрак Рин. Свой завтрак он проглотил ещё до того, как она вышла к столу. Он был голоден уже к восьми, когда постучал в её дверь и получил тычок под рёбра.
А уж после их энергетически затратного выяснения отношений он готов был сожрать и саму Рин. И ждать, пока девушка приведёт себя в порядок и выйдет в их общую гостиную, где для них накрыла Зана, у него просто не было сил.
Так что он послал к демонам все приличия и набросился на остывшую еду, как монашка после поста на корзинку с шоколадом. Видела бы его сейчас мать, наверное отреклась бы от такого сына.
А теперь Верн с улыбкой наблюдал, как уплетала свой завтрак Рин, одновременно запихивая в рот омлет и откусывая огромный кусок бутерброда с ветчиной.
Заметив его взгляд, она постаралась побыстрее всё проглотить, но сделать это красиво не получилось.
Тогда она схватила кружку с кофе и спряталась за ней, дожёвывая и заодно поглядывая виноватым взглядом на своего фамильяра.
Кот гордо сидел на подоконнике, не поворачиваясь мордой к хозяйке. Что бы между ними ни происходило, наблюдать было забавно.
Рин выглядела виноватой и пыталась подлизаться к фамильяру при помощи еды. Адам подношения игнорировал, всем своим видом демонстрируя, как обижен и лучше умрёт с голоду, чем примет от неё хоть крошку.
На самом деле еду с огромного блюда, которое Зана назвала «мисочкой», Адам успел заглотить тогда же, когда и Верн — свой завтрак. И к тому времени, как пришла Рин, «мисочка» была пуста, а у кота пузо раздулось, будто он проглотил мяч. Он даже на подоконник не запрыгнул, а вскарабкался. Или точнее взгромоздился.
Но девушка ничего этого не видела, а у сидящего кота живот не так сильно выпирал, так что игра в «гордого и голодного» ему удалась на славу. Но в какой-то момент Верну надоела эта их пантомима с жертвоприношениями и он силком усадил Рин за стол и подвинул к ней тарелку с едой. В конце концов, их ждали дела.
Видя, что Рин покончила с омлетом и принялась за кофе с творожным десертом, Верн поднялся из-за стола:
— Заканчивай тут, а я с твоего позволения пойду собираться. — Он подошёл и чмокнул её в макушку. — Мы хотели сходить к тебе на квартиру, помнишь?
Она подняла на него ироничный взгляд:
— Думаешь, я была настолько пьяна вчера, что забыла?
— Нет, но надеялся, что наш потрясающий секс затмил для тебя всё остальное. — Он ухмыльнулся, видя, как она краснеет. — Видимо, я где-то не доработал.
— Верн, прекрати!
Он рассмеялся — дразнить её было сплошным удовольствием!
