Поймать тишину полностью

Техника ладит плохо. Старое всё, ломается без конца. Но запчасти возят. За теми, кто в поле, следят пристально. Конечно. Семечка сыплется неплохо. Живые деньги! Только где они? То ли пятый, то ли шестой год сидим без зарплаты. Да не сидим, а вкалываем!

Председатель, который из молодых, не отъезжает от поля. Готов нас держать здесь день и ночь. Губу отквасит, голову набок и бубнит:

– Надо, мужики, покосить, пока дожди не заладили. Надо задержаться сегодня допоздна…

И вчера такое же пел; и позавчера.

Иван Сигайлов тоже не молчун, скажет, так скажет. Собрались за обедом, а он к председателю:

– Александр Петрович, ты нам хоть бы по пару пачек сигарет привёз. Как-никак чёрное золото для колхоза добываем, а копейки лет пять не видели.

Снова губу отквасил шеф. Ту голову набок, как конь упрямый, своенравный. Взглядом исподлобья застрелить готов.

– Где я вам, – бормочет, – денег возьму на сигареты?

Рожа! Всем давно известно, что за последние годы он квартиру в городе купил, а теперь строит дом в райцентре. На какие шиши? Не зря говорят: кому война, – а кому мать родна! Таким теперь везде «зелёный свет». Рожа!

Старый председатель хоть чуть о народе беспокоился. Когда курева в магазинах не стало, он ЗИЛ с прицепом грузил зерном и посылал в Моршанск. На фабрике меняли зерно на табак, сигаретную некандицию. Спасались как-то.

Зато теперь сигареты в магазинах появились, а купить не за что.

И когда же оно всё наладится…? Когда-то один болван говорил, что через пятьсот дней. А мне кажется, что через пятьсот лет!..

…Впоследствии ещё много раз оставался один на один с Петькиной писаниной. Всё вычитывал, перечитывал, узнавал новое и по эпизодам вспоминал минувшее. Однажды вдруг понял, что хочу, чтобы не только я знал то, о чём хотел сказать миру мой товарищ. Нужно, чтобы об этом узнали многие!

Но как это сделать?

Я посоветовался со своими.

Зое понравилась идея. Нина Фоминична, просмотрев рукопись, сказала о том, что и стиль у Петра выработался неплохой, какой-то особенный. А ещё предложила нам вместе закончить рукопись, набрать её на компьютере и попробовать издать книгу. «Пете это будет лучшая память. – Она так и сказала. Хотя слегка побурчала на то, что в основе сюжета присутствует много ненужной политики. – Ничего, подкорректируем, ещё какая книга получится!»

Приняв решение, каждый вечер стали мы усаживаться за письменный стол. Никто не оставался в стороне. Обсуждали построение предложений, тонкости сюжетной линии, орфографию и пр. и пр. Правда, Зоя бывала с нами недолго. Она или занималась с Верочкой, или, если та уже спала, садилась к телевизору. Но я не обижался. Что поделаешь, если не лежит у неё душа. Литература – тяжкий, часто непосильный труд для непосвящённых!

Зато самое активное участие принимала Валя – моя старшая дочь. Трёхмесячное пребывание в реабилитационном центре на берегах Онтарио пошло ей на благо. Совершенно преобразилась. Стала жизнерадостной, весёлой и беспечной девчушкой.

Валя в совершенстве владеет компьютером. А багаж знаний, который приобрела в результате прочтения сотен книг, пригодился как нельзя кстати. Именно она набирала эту книгу. Конечно, некоторые главы чисто по этическим соображениям я не мог ей доверить. Так что пришлось потрудиться и самому.

Вначале мы с Ниной Фоминичной хотели обработать только повесть Суконникова. Но потом, посоветовавшись, решили, что наши собственные жизни тоже достойны того, чтобы о них узнали потомки. Вот так и получился этот роман.