Он первым пошел вперед. Димостэнис в который раз удивился способностям лэра подпитываться силами стихий в этом месте. Здесь, где полотно не было разорвано на нити и не поддавалось на грубое вмешательство.
— Здесь какая-то пещера, — воскликнул Янаур, резко сворачивая и останавливаясь около темного прохода. Устроенная им метель почти улеглась и в спину стали все отчетливее доноситься собачий лай и голоса преследователей, — легче будет обороняться.
— Обороняться? — хмыкнул Дим. — Ты хочешь перебить всех аборигенов? Империя с этой проблемой уже десятки аров справиться не может.
Снежное копье ударило в защиту Эардоре. Узоры чужого плетения инеем повисли на энергетическом поле князя и застыли, мешая ему восстановиться. Он поморщился и его аура, вспыхнув, все же поглотила чужую энергетику. Димостэнис заметил, как тот побледнел, а ободок вокруг зрачка увеличился и стал серым, затмив почти всю радужную оболочку.
— Я смогу какое-то время держать защиту. Даже хватит сил на несколько атак. Потом снова надо будет восстанавливаться.
— Три псины и пять дикарей, — покачал головой Дим. И лед. И снег. Неисчерпаемой энергией которых коренные жители севера могут бесконечно пользоваться.
— Уходим! — отскочил он от того места, где стоял, увлекая за собой Янаура. Еще три копья врезались совсем рядом, подняв столп снега.
Пещера разветвлялась на множество подземных ходов, круто уходящими на многие сотни еров вглубь, темными пропастями.
Беглецы растеряно остановились.
— Здесь можно остаться навсегда, — прошептал Янаур, — согласен, идея была не очень.
— А там попасть на ужин к собакам, — Дим решительно сделала шаг в один из тоннелей. — Оторвемся и, если не найдем другого выхода, вернемся назад.
В проходе показалась оскаленная собачья морда. Не останавливаясь, она прыгнула вперед, выбрав жертву. Димостэнис хладнокровно вытащил даггер из ножен и вспоров псине живот, увернулся от падающего тела. Совсем рядом раздались голоса.
На разговоры и препирательства времени не осталось. Путники бросились в темный коридор и помчались вперед. Мелькали перед глазами похожие стены, одни проходы сменяли другие, которые разветвлялись и уходили лучиками-трещинами в разные стороны.
Вскоре хаотичность поворотов и неожиданных спусков и подъемов сменилась монотонностью длинных переходов, а потом стали все чаще стали попадаться ровные площадки, от которых отходили прямоугольные тоннели, поворачивающие под прямыми углами.
— Тебе ничего это не напоминает? — спросил Янаур. Благодаря формуле света, которую он постоянно держал активированной, они не переломали себе ноги в этих катакомбах.
— Похоже на лабиринт.
— Отстроенный людьми. Уж очень все ровно и выверено.
— Жившими тысячу аров назад, — фыркнул Димостэнис. Пока ничего хорошего он во всем этом не видел.
Наконец очередной коридор вывел их в гигантскую залу. Абсолютно пустую, из гладкого, словно отшлифованного камня. Не сговариваясь, оба в изнеможении опустились на землю. Сил хватило лишь на то, чтобы быстро перекусить и провалиться в сон.
Янаур открыл глаза и сел. Хьярт болезненно ныл. Он уже знал какие последствия его ожидают, если в скором времени он не сможет его полноценно подпитывать всеми силами стихий. Впрочем, здесь надо было радоваться тому, что имеет. Князь усилил ауру вокруг себя и дотянулся до потухшего огневика, разжигая, освещая пещеру. Его спутника не было. Лэр раздраженно поморщился. Естественно, кто он такой, чтобы тот оповещал его о своих планах.
Димостэнис появился не скоро. Остановился, досадливо вздохнул и с раздражением произнес:
— Ты можешь хотя бы временно не пользоваться даром. Ты меня сбил своей энергетикой.
И скрылся в противоположном тоннеле.
— Извините, ваше светлейшее высочество, — не менее зло бросил ему вдогонку Янаур, — вы меня не посвятили в свои очередные грандиозные замыслы.
— Огневик тоже погаси.
Лэр сделал, о чем его просили и поежившись, завернулся в плащ. Вряд ли ему вновь удастся приблизиться к Изменяющему как уже было однажды. Впрочем, он довольно давно понял, что что-то изменить можно лишь самому. И возможно, когда-нибудь в другой жизни он бы так и поступил. Сделал бы все по-другому. Однако в этой на нем лежит слишком большая ответственность, чтобы поступать так как велят собственные желания. Остается лишь мириться и идти выбранным путем. Князь Эардоре закрыл глаза. Не всегда дороги выстланы одними лишь розами.
— Кажется, я нашел выход, — бодрый, довольный голос выдернул его из сна.
В пещере горел огонь. На раскаленных камнях лежала, подрумяненная рыба, рядом фляги с водой.
— Заодно озеро с чистой пресной водой. И едой. А пока ваша светлость изволили потчевать и не светить аурой я смог прощупать энергетику этих мест.
— Что с ней? — Янаур пододвинулся к огню. Здесь под землей было не так холодно, как наверху, но чувствовать жар пламени было невероятно приятно.
