— В той жуткой аварии погибло много людей. Я читал. Наверное, когда проходишь через такое начинаешь на мир смотреть заново. Тем более сама судьба дает второй шанс, — Роман прервался, глянул на собеседника, который все так же молчал, прикусив нижнюю губу. — Новая жизнь, новые документы, новые возможности.
Солонский достал из тонкого кожаного портфеля папку, положил ее перед собеседником.
— Знакомьтесь — Дмитрий Дмитриевич Сильверов.
Дима открыл папку, в ней лежало всего несколько фотографий. Молодой паренек — лет семнадцати в форме, с обритой головой, худой, невысокого роста. Он потратил большую часть довольно-таки приличного состояния, которое ему досталось от родных Дмитрия Сильверова, чтобы фотографий последнего нельзя было больше найти.
— С тех пор вы сильно изменились, не только так сказать нравственно. Возмужали, раздались в плечах, подросли почти на голову, обзавелись волосами, шрамами. Да и что говорить, столько лет прошло. Люди еще и не так меняются. Все же я позволил себе усомниться и стал копать глубже. Изрыл все, что только можно и ничего, кроме того, что вы Сильверов Дмитрий со всей вашей уже пересказанной биографией, я не нашел. Откуда вы взялись? — Роман деланно вздохнул.
— С другой планеты, — вдруг серьезно ответил капитан, — прибыл в ваш мир, чтобы искоренять зло и восстанавливать справедливость.
— А что, — подстраиваясь под его интонации, поинтересовался Солонский, — на своей планете уже со всем разобрались?
Дима неопределенно взмахнул рукой.
— Не совсем. Видимо, ссылка за особое рвение.
Бизнесмен рассмеялся. На этот раз почти искренне.
— Нет, вы правда мне нравитесь. Не хотите поработать на меня? Подождите! Подождите! — воскликнул он, не дав ответить собеседнику на свой вопрос. — Я не предлагаю вам ничего порочного. Вы могли бы занять место моего начальника охраны. Вы же сами посоветовали мне заменить его. Я хорошо плачу. Больше чем вы получаете в органах. У вас ведь изменения в личной жизни. Жена, потом и детишки пойдут. Да и Аллочку я привык баловать. Машины, драгоценности, дорогие курорты.
— Тронут вашей заботой. И все же откажусь, — Дима язвительно фыркнул, — от столь щедрого предложения.
— Идейные соображения? — сочувственным тоном спросил Роман.
— Личное. Не люблю блондинов.
Солонский подозвал официанта. Тот налил вина в бокал и снова удалился.
— Что же, тогда мне нужен мой начальник охраны. Не позже следующего понедельника я хочу его видеть рядом с собой.
— С чего бы это?
