Спасательная капсула, найденная в поясе астероидов, меняет жизнь и судьбы множества людей. Ведь в ней – ребенок легендарной расы единорогов, наделенных уникальными возможностями и, по преданиям, способных приносить счастье и богатство тому, с кем он подружится.
В кабинете Акорны, располагавшемся под куполом Дехони на лунной базе Маганос, было, на вкус девушки, слишком тесно, а совещание длилось уже так долго, что Акорну обуревала только одна, томительная мысль – как бы сбежать из комфортных туннелей на свободу, пробежаться по поверхности – любой планеты, где угодно, лишь бы там была чистая твердая земля и горизонт далеко-далеко. По мере того, как тянулось собрание, потребность в небе, и земле, и просторе становилась для нее почти навязчивой – так же, как для Пала Кендоро стала маниакальной потребность измышлять все новые способы, только чтобы не позволить ей и Калуму отправиться, наконец, на поиски родной планеты ее сородичей.
Акорна попыталась взять себя в руки, напомнив себе, что Калуму, наверное, еще тяжелее. Бывший горняк почитал своим первым долгом отыскать родину воспитанницы, и даже его любовь к Мерси отступала перед этим долгом. Чем скорей Акорна сможет освободить Калума от взятой тем на себя задачи, тем скорей они с Мерси поженятся, наконец. Конечно, девушка понимала, почему многие ее друзья с такой неохотой ждут отбытия «Акадецки». Гилл и Джудит были вполне счастливы вместе, приглядывая за детьми-крепостными, продолжавшими прибывать с Кездета, чтобы работать и учиться на его спутнике. Рафик же был, очевидно, вполне довольным своей новой карьерой в качестве помощника и наследника дяди Хафиза – главы Дома Харакамянов. Но как им непонятно, что Калум чувствует себя обязанным отыскать ее родную планету – а ей, Акорне, нужно найти свой народ, прежде чем сердце ее успокоится!
– Загрузка припасов и продовольствия до сих пор не завершена, – непреклонно зачитывал Пал с блокнота. – Но самая серьезная проблема на данный момент, – он покосился вначале на Акорну, потом на Калума, и грустно покачал головой, – это установка и проверка оборонительных систем «Акадецки». По оценкам моих сотрудников, на это уйдет не менее четырех недель, если мы хотим все сделать без ошибок с первого раза.
– Погодите минутку! – Калум вскочил.
Они с Акорной переглянулись. Этого взгляда девушке хватило, чтобы понять – ее старший друг считает все сказанное не более, чем очередным предлогом отложить старт, предлогом, который Пал в компании с Гиллом и своей сестрой Джудит попросту высосал из пальца. Возможно, Дельзаки Ли тоже приложил тут руку; хотя оборудование для «Акадецки» поставлял Дом Харакамянов, мистер Ли предложил оплатить расходы, чтобы превосходнейшим образом оснастить кораблик для дальнего пути. Вот только не послужило ли это щедрое предложение для старого магната попросту способом сохранить контроль за судном и затянуть переоснастку до той поры, когда Акорна и Калум попросту махнут рукой на поиски?
Второй, почти обвиняющий взгляд бывший горняк как раз и бросил на Дельзаки Ли, безмолвно парившего по другую сторону стола в своем антигравитационном кресле, позволявшем ему передвигаться, несмотря на прогрессирующий паралич. Многие совершали ошибку – кое для кого она оказывалась последней – недооценивая Дельзаки Ли из-за очевидной старости и изнурительной неврологической болезни, приковавшей его к этому креслу. Но только не Калум Бэрд! Вот уж кто прекрасно осознавал, какой острый и ясный рассудок заключен в дряхлом теле. Дельзаки Ли оставался силой, с которой приходилось считаться – благожелательной, могучей, мудрой и, как ехидно добавил про себя Калум, прямолинейной в той же примерно степени, что винтовая лестница на гравюре Эшера.
Калум знал, что Ли тяжело будет отпустить Акорну на поиски ее народа. Красота, обаяние, смелость и ум девушки отогрели сердце старика. Внешне он всеми силами поддерживал ее стремление воссоединиться с соплеменниками, однако уговорить его измыслить какой-нибудь способ, чтобы оттянуть отлет, не составляло никакого труда. Что же до Пала Кендоро, личного ассистента Акорны, тот даже не пытался сделать вид, что хочет помочь ей. Убедив себя, что влюблен в прекрасную инопланетянку по уши, юноша не то не мог, не то не хотел понять, почему она не может найти с ним свое счастье, оставаясь в неведении, кто она и откуда, и уж, разумеется, не горел желанием отпускать ее от себя на месяцы, возможно – на годы, в обществе Калума. Обе сестры так и не смогли убедить Пала, что Калума Бэрда связывает с Акорной исключительно возложенная бывшим старателем на себя миссия – найти ее родню.
