– Десять тысяч шайтанов! Мне следовало догадаться, что этот хитрый старый неверующий пес меня обойдет! – Хафиз раздраженно побарабанил пальцами по столу, на миг забыв о Карине. – Но, возможно, Рафик защитит мои интересы… Да, наверное, это он имел в виду, говоря о «делах». – Морщины на его лбу слегка разгладились. – В таком случае я, возможно, и прощу когда-нибудь этого мальчишку. Прекраснейшая Карина, я должен немедля вновь переговорить с секретарем Дельзаки Ли; простите ли вы меня?
Глаза Карины затуманила печаль – лишь отчасти потому, что она не успела дожевать последнее пирожное.
– Но мы только встретились!
– И я ожидаю, что у нас впереди будет еще немало приятный часов, дабы углубить наше знакомство, – заверил ее Хафиз. – И хотя дела требуют моего участия, я отказываюсь оставить вас, покуда вы не пообещаете, что не зачахнете в мое отсутствие. Чувствуйте себя как дома в моих апартаментах. Кроме того, вам следует получше питаться, дабы не обессилеть и не утратить вашей блистательной красоты.
Потребовав у официанта переносной терминал, он оставил указание любые покупки, сделанные Кариной, оплачивать со счетов Дома Харакамяна.
Большого убытка, подумал он цинично, не случится – все равно в лавочках базы Маганос нечего купить, кроме продуктов и самых необходимых мелочей. Поздней, как решил Хафиз, он доставит себе удовольствие заказать для столь щедро одаренной Всевышним красавицы новые платья с Кездета, для чего ему беспременно придется снять с нее мерку, да не одну, а потом… кто знает, что случится потом? Главное – не спугнуть; будет обидно, если этот идеал чувственности ускользнет, покуда финансист занят срочными делами.
Первым делом надо будет вытряхнуть из секретаря условия всех сделок, заключенных в последнее время. Если повезет, на архивные диски еще ничего не переписано. Удача улыбается тому, кто готов ее ловить. А потом, если Ли еще не очнется, можно будет занять время, ухаживая за прелестной Кариной. Похоже было, что поездка на Маганос принесет совершенно неожиданные прибыли.
Прошло почти шесть суток, прежде чем Акорна оказалась в силах бодрствовать больше нескольких минут подряд, но затем, спустя буквально пару часов после очередного пробуждения, девушка окончательно пришла в себя.
– Ты хочешь сказать, что эти несчастные столько времени ждали меня одну? – с ужасом переспросила она. – Калум, почему ты не полетел без меня?
– Меня, – отозвался пилот, – природа обделила сладким голосом, милым личиком и волшебным рогом. Того, что я болтался все это время, налаживая здешние передатчики, похоже, недостаточно, чтобы завоевать их Доверие с большой буквы «Д». Им нужна или ты – или никто.
– Тогда надо было разбудить меня раньше!
Маркель с Калумом переглянулись, сдерживая смех.
– Надо было на видео записать, – вздохнул юноша. – Акорна, ты просыпалась несколько раз – во всяком случае, вставала с кровати. Ровно настолько, чтобы отойти в уборную и опустошить кювету со шпинатом. Потом, не говоря ни слова, ковыляла обратно и рушилась в постель.
Девушка помотала головой.
– Не верю!
– В следующий раз все запишу!
– Следующего раза не будет, – предупредил Калум. – Я не позволю Акорне больше так выматываться.
Рушимцы потребовали, чтобы первым рейсом на борту «Акадецки» прибыли только Калум и Акорна; передачам, которые девушка вела из рубки «Прибежища», они не доверяли.
– Надеюсь, ты сумеешь убедить их, что ребятишки вправду хотят расплатиться с ними за все беды, что причинила планете Нуэва, – устало пробормотал Калум, когда корабль коснулся земли. – Если рушимцы не позволят нам использовать для перевозки поселенцев на возвышенность из затопленной низины челноки «Прибежища», мы застрянем тут на несколько недель, прежде чем доктор Хоа сможет осушить этот район.
– Я попробую убедить их, – отозвалась Акорна, – но на это уйдет время…
Калум тихонько хохотнул.
– Только подумать – мы решили, будто сбережем время, если смоемся с Маганоса прежде, чем закончится ремонт! Если бы мы подождали, покуда починят гидропонику, мы не попали бы в эту историю, и уже давно бы обшаривали Волосы Вероники… Мама мне всегда говорила «Поспешишь – людей насмешишь», да я слишком торопился, и ее не слушал.
– Ничего не вижу смешного в том, что мы помогаем нуждающимся, – серьезно ответила Акорна, но ее серебряные глаза потускнели при мысли о том, как задержались они на Рушиме. – Когда-нибудь мы отыщем мой народ… и знаешь, Калум, если бы мы ждали, покуда Пал и мистер Ли решат, что «Акадецки» готов к старту, мы бы еще торчали на Маганосе!
С этим Калум не мог не согласиться. И все же он надеялся, что рушимцы поскорее преодолеют свое предубеждение к команде «Прибежища». Чем дольше тянулась разлука с Мерси, тем больше его тянуло домой… и поскольку пилот дал себе клятву оставить Акорну на попечении сородичей прежде, чем вернуться к Мерси, бесконечные задержки в самом начале пути становились сущей пыткой.
