Со всего маху вороной вырвался на
Алвириан мчалась как вихрь третьи сутки. Не выдержав такой скачки один за другим пали двое её заводных коней и лишь тот, на которого указал Эльчи-нойон, как на самого выносливого, всё ещё держался. Сам нойон лежал в неглубокой балке с перерезанным горлом, и незрячие глаза его спокойно смотрели в небо.
Он провел шпионку через все посты возле ставки и запретил своим воинам преследовать её до заката солнца.
- Когда найдёте моё тело - погребите его согласно обычаю, - сказал старец главе своих телохранителей, что неотступно следовал за ними от самого Длинного дома. - А теперь езжай. Мои сыновья не забудут тебя.
Плечистый гигант, который легко мог унести на свох плечах быка, поклонился своему повелителю, окинул деву ненавидящим взором и умчался к валу.
С тех пор Алвириан не видела ни одного степняка, но чувство, что по пятам её неотвратимо следует вал из мечей и копий, не оставляло деву.
Она довела себя до полного изнеможения: синяки под глазами, бескровные губы, пограничники-анриакцы, выскочившие ей навстречу, поначалу приняли деву за призрака.
- Мне нужен Гнакон, - сквозь зубы процедила она, борясь с дурнотой, которая подступала к горлу.
- Кто ты такая?! - подозрительно спросил главный в разъезде, но увидев перстень, изменился в лице и поспешно развернул коня. - Следуйте за нами, госпожа. Тут недалеко.
Разведчики Гнакона не таясь расположились на холме. Сам Гнакон сидел возле своей палатки, полируя короткий меч.
Он поднял на деву темные глаза и та, несмотря на то, что почти ничего не соображала от усталости, поняла, что бывший главнокомандующий всё знает.
- Как? - прошептала она, без сил опускаясь на землю.
- Ты ехала очень быстро, - спокойно сказал Гнакон и, протянув руку, поддержал шпионку, чтобы та не упала. - Но ещё быстрее летят коршуны высоко в небе.
- У тебя есть друзья...
- Есть, - подтвердил Гнакон. - Ты совершила ошибку, и у нас мало времени, чтобы подготовиться.
- Ты не понимаешь, - сказала Алвириан, собравшись с силами. - Тут нечто большее...
Гнакон смотрел на неё, соображая, стоит ли принимать её слова всерьёз.
- Говори.
- Империю втянули в эту войну. У нойона не было никакого Зеркала. На нас давят с двух сторон...
- Так Возариус всё ещё лелеет надежду отыскать его, - пробормотал воитель, рассматривая блестящий клинок в своих руках.
Отчего-то Алвириан почувствовала жгучее желание рассказать ему всё - и избавиться от мучающих её подозрений.
- Тот герцог, которого я вытащила из тюрьмы в Груландской марке - он двойник, я уверена. Его готовили для подобных дел. Он втравил нас в войну с Бенортом и отправил меня на Восток, надеясь, что я там и сгину. Император в опасности... а ты... надежда империи, ты должен сделать что-то, чтобы...
- Что-то? - усмехнулся углом рта Гнакон. - После того, как вы уже всё сделали?
- Ты не смеешь, - чуть слышно сказала Алвириан, становясь на одно колено. - Ты давал клятву. Сарим верил тебе. Ты нужен своей земле.
- У меня в палатке сидит твой приятель, - сказал Гнакон, возвращая меч в ножны. - Он увезет тебя. А пока иди, поспи. Тебе надо отдохнуть.
- Что? - не поняла Алвириан.
Потом с трудом обернулась, и увидела человека с курчавыми волосами, одетого во всё серое. Он слышал их разговор.
- Пошли птицу в "Дом", - устало сказала дева.
- Да. Но нам тоже нужно выехать через несколько часов.
- Ну так разбудишь меня.
***
Она спала без сновидений - словно провалилась в черную яму, и когда посланец сегевела поднял её, не смогла сразу вспомнить, в каком месте очутилась.
- Нам надо проехать всего десять лиг, там уже ждёт колесница, - сказал человек, желая подбодрить деву, настолько измученной она выглядела.
Алвириан кивнула. Жеребец, которого накормили и почистили, смотрел на неё влажным глазом, склоняя свою благородную шею, и, казалось, готов был бежать, несмотря на то, что соловая шкура его утратила свой лоск, а бока впали. Разведчики смотрели на коня с откровенной завистью - такие скакуны стоили целого состояния.
Шпионка устало потрепала жеребца по холке.
- Что, мой хороший? Не нравится тебе здесь?
Гнакон, который, казалось, за всё время так и не сдвинулся со своего места у входа в палатку, сказал:
- Он может продержаться ещё сутки, не более. Ты совсем загнала его.
Алвириан взглянула на пограничника.
- Меняю на твоего.
Сзади кто-то шумно выдохнул. Это был царский подарок.
Влажный воздух давил на плечи, солнце в тумане закатывалось за край земли, что означало завтрашний дождь. В наступившем молчании дева не выдержала и зевнула, прикрыв рот рукой.
- Я верну коня, - наконец сказал Гнакон. - Или найду того, кто приведет его к тебе. Лачер! - приведи Быстрого.
