Пока они переговаривались, Ланье подошел к Тахиосу, небрежно взял чаши в левую руку, а правой схватив Тахиоса за плечо, крикнул ему прямо в лицо:
– Ваше величество, скот! Не забывайся, когда говоришь с его светлостью!
Сирота проводил его немигающим взглядом. В наступившем молчании, когда Касс уже изготовился, чудовище вертело в руках кубки, которые поднёс ему мажордом.
– Погодите. Вежливость никогда не была сильной стороной нашего сироты. Пусть лучше он объяснит нам, что ищет ночами.
Тахиос вспомнил лицо Алвириан и запнулся.
– Люди говорят странные вещи.
– Какие же?
– Говорят, что Танкред – Пёс Тьмы. Я хочу узнать, кто распускает эти слухи.
– То, что я не любим богами, я знаю. То, что я братоубийца, как-то сказал мне в лицо один очень смелый оружейник, прежде чем повиснуть на дыбе, – чудовище прищурилось. – Теперь ещё и это. Ты слышал, Ланье?
– Слышал, ваше величество.
– Приведи мне их, Тахиос. Приведи или укажи, где они затаились, я выжгу это место калёным железом. Я вырву их языки.
– Это могут делать доносчики из других стран, ваша светлость. Они мутят воду в спокойной реке, готовят почву.
– Я знаю! – Танкред швырнул кубки на стол и рывком поднялся с места.
– Знаю, что и Юг и Восток умышляют против меня, об этом говорил отец. Север ждёт. Я всё знаю!
– Близится День Лига, ваше высочество. Купцы собираются в замке чествовать вашу милость, дарующую им свободную торговлю в городе. Многие из них двурушничают…
– Ты прав, Ланье, – пылающие безумием глаза уставились на Тахиоса. – Ты можешь идти, приёмыш. Ищи своих крыс по городу, ищи хорошенько, а мы возьмем своё на празднике. Я всем им оставлю послание.
И едва успокоившийся, раздумывающий над новыми плана герцога сирота ступил за порог, как чудовище окликнуло его.
– Я знаю, ты ищешь какую-то девушку. Не вздумай скрывать её от меня, слышишь?
С бьющимся сердцем Тахиос отправился в свою комнату.
Лийнос появился вечером и, заговорщически подмигивая, поманил деву за собой. Она спустилась вниз, накинула меховой плащ, любезно предложенный торговцем и прошла вместе с ним в конюшню. Там стоял невысокий жеребец с горбатой, сухой головой, длинной шеей и спиной. Весь он оброс густой шерстью солового цвета.
– Что это? – холодно спросила Алвириан, видя, что от неё ожидают хоть какой-то реакции.
Мальчишка-конюх вышел из стойла, которое чистил, и, перевешивая фонарь, прислушивался к разговору.
– Моя милая госпожа, зачем ты гневаешься? Я нашёл тебе замечательного коня! Смотри: он хоть и некрасив, но его ноги длинны, подпруга глубока, на ходу он очень вынослив, гибок и быстр, так быстр, что тебе страшно будет ехать на нём! Что ж тебе ещё надо, красавица? Ему не страшны холода, смотри, как он оброс.
Алвириан кинула взгляд на конюха, потом поманила его пальцем.
– Оседлай его для меня.
Мальчишка пошёл за упряжью, а она спросила Лийноса.
– Где ты его достал?
– У меня много друзей в городе, – прижмурив глаза ответил торговец. – Я дарю его тебе, дева Юга, потому что он достоин тебя. Это пятилетка, он умен и изъездил всё герцогство. Если ты заплутаешь в дороге, можешь отпустить поводья и довериться ему, он выведет. Его так же обучали не бояться зверья и отбиваться от волков и плохих людей. Хороший подарок, ты признаешь это, когда окажешься за городом.
Алвириан выдохнула облачко пара и спросила.
– Как его зовут?
– Мышка, – и Лийнос засмеялся во всё горло, отчего дева не удержалась и засмеялась тоже.
– Мышка? Что же будет, когда ты захочешь подарить мне лису?
Конюх подвел к ним оседланную лошадь, и торговец протянул руку, похлопав коня по шее.
– Садись, проверь его.
Он подержал Алвириан стремя и сильно хлопнул жеребца по крупу.
– Пошёл!
Деву словно порывом ветра вынесло из конюшни. Когда она вернулась, Лийнос покивал, видя её удовлетворенный вид, и сказал.
– Его недавно перековали, так что он полностью готов к любым путешествиям.
– Спасибо тебе, Лийнос, – Алвириан спрыгнула и отдала поводья мальчишке, чтобы он увёл Мышку. – Ты точно не хочешь моего Ветерка взамен?
– Нет. Продай его, тебе могут понадобиться деньги. Наш маленький друг, – торговец кивком указал на конюха, – с радостью поможет тебе в этом и заработает пару монет. А тебе я предлагаю скрасить эту ночь за изысканным ужином, приятной беседой и моими горячими объятьями.
Алвириан рассмеялась.
– Ну, как я могу отказать столь обходительному господину?
Они лежали в кровати обнажёнными и наслаждались уткой запеченной на углях, запивая нежное мясо самым лучшим вином, что нашлось у хозяина. Еще на столике были сушеные фрукты из запасов Лийноса, твёрдый острый сыр и подлива, в которой казалось повар смешал всё, что было в тот момент у него под рукой. Получилось, впрочем, необыкновенно вкусно.
– Итак, когда ты отправляешься? – спросил деву торговец, откидываясь на подушку.
