- А все-таки… попробуй припомнить, пожалуйста!
Тёрн долго морщил лоб, а затем покачал головой.
- Знаешь, я действительно убил пару человек – но именно что человек! Не элваров! У меня на совести нет ни одной элварской жизни.
- А почему он тогда на тебя так взбеленился?
- Гадать можно бесконечно. Вот поймаем его – и будем долго спрашивать.
- Мы – его!? Сейчас скорее он – нас.
Меня пробрала дрожь от одной мысли. Прошлый раз я была в руках этого маньяка пять минут. А сколько придется вынести теперь? Несколько дней? Лучше сразу головой об стенку!
- Даже не думай!
- Да, ладно, я ж так, в рамках пьесы.
- Какой еще пьесы!?
- Такой. Трагедии Шекспира. «Омлет» называется.
- Ну-ну.
Конечно, мысли о самоубийстве мне в голову не приходили. Вот еще не хватало! Эта чушь для тех, кому заняться нечем. А у меня еще пять человек на шее. Хорошо, два человека и три элвара, но их же как-то вытаскивать надо! Сама начала заварушку – сама и разгребать буду. И кто мне мешал в свое время попросить директора! И ни в какую экспедицию Тёрна не пустили бы. Сидел бы в Универе, как миленький.
- Ну-ну…
- Не нукай, не запряг!
- Так не напрашивайся!
- Но ты сам понимаешь, если бы ты остался в Универе, мне было бы гораздо спокойнее.
- А мне?
- Это полбеды. Кто знает, нашли бы мы этих мерзавцев – или нет, если бы тебя не было с нами…
- То есть!?
- Что – то есть!? Ты же и сам понимаешь!
- Понимаю. Это чертовски неосторожно с их стороны – ловить нашу группу.
- Еще бы! Мало кто встревожится из-за меня или Азэлли, но ты – другое дело! Я буду не я, если через сутки эти горы не прочешут частым гребнем!
- За сутки от нас и следа не останется.
- А кое от кого – уже. Бедный Дайр. Бедный Эстанор.
- Не Азэлли?
- Губит людей не пиво, губит людей самонадеянность! Она была сильнее меня – и слишком полагалась на свою силу. Я не могу простить ей, что она своими эмоциями подвела команду.
- Ёлка, ты все-таки женщина до мозга костей. Как из тебя не лепи боевого мага не лепи, все равно косы наружу торчать будут!
- Обнаглел, да!?
- Не обижайся. Ты знаешь, что я прав.
Была охота. Ну да, я женщина – и что!? Даешь феминизм!
- Но-но! Никакого феминизма в этом мире, пока я жив не будет и в помине! И любую феминистку, которую занесет в Элварион, мы так быстро выдадим замуж, что она и чихнуть не успеет!
- Тогда тебе лучше держать эти намерения при себе, а то к вам феминистки со всего мира сбегутся…
- И на меня будут сыпаться обвинения в сексапильных домогательствах?
Так, за безобидным трепом прошел весь день. Мы молчали, молчали элвары, молчал Лютик, находящийся в глубоком трансе, молчал Дайр, которого никто не собирался приводить в чувство. Винер и Реллон отлично понимали, что план побега не стоит обсуждать вслух – и полностью доверили его мне и Тёрну. Все-таки какое-то доверие я завоевала. А что до Его Величества – в этом мире не было элвара, который не был готов за своего короля в огонь и в воду. В самом начале Лютик хотел, было заговорить со мной, но я коснулась пальцами мочки левого уха в старом как мир жесте – «нас могу слушать» - и приятель замолчал. А потом и вовсе погрузил себя в восстанавливающий транс, справедливо полагая, что ни казнь, ни наше бегство из тюрьмы, ни ужин он не проспит.
Он и не проспал.
