Он сразу заметил у Аси перемену настроения к лучшему.
– Я вижу, т-ты прямо цветёшь и п-пахнешь.
– Вот именно, особенно когда рядом такой мужчина как ты, – обвив руки вокруг его шеи, она нежно поцеловала любовника. Эдуард в свою очередь обнял её за талию.
– С-сначала ты была готова рвать и метать, а т-теперь с-светишься от счастья. Объяс...сни что произошло?
Ася слегка отстранила и указала рукой на стеклянный журнальный столик в углу рядом с телевизором, на котором стояла ваза полная белых роз и маленькая игрушечка – серая мышь. Эдуард вплотную подошёл к столику, Ася встала рядом с ним, и положила ему на плечо голову. Он двумя пальцами взял футляр (ещё упакованный) для ювелирного украшения и положил его себе на ладонь.
– К-кто это принёс?
В один миг Соболева почувствовала неладное. Она объяснила, что всё это доставил посыльный агентства. Даритель пожелал остаться инкогнито, но Ася не сомневалась, подарок сделал именно Эдуард.
– К-как ты думаешь, ч-что внутри коробочки? – ладонь, в которой он держал футляр, слегка затряслась.
– Я думала, там обручальное кольцо. Я решила, ты захотел сделать мне предложение, и не стала открывать раньше времени, иначе бы сюрприз не сработал, – смущённо проговорила Ася.
Эдуард приподнял крышечку коробочки, а точнее верхнюю часть мыши. Увиденное внутри заставило их обоих испугаться. Футляр с содержимым грохнулся на пол. Отрубленная верхняя фаланга пальца и серебряная печатка валялись в нескольких сантиметрах от коробочки, в которой были доставлены.
Эдуард остолбенел, пребывая в глубоком шоке. Ася добралась до дивана и упала без сил, уткнувшись в подушку. Эдуард, не отдавая себе отчёта в действиях, опустился на корточки и поднял печатку. На внешней её стороне красовался простенький узор, в середине которого выделялась надпись «ОвАл». Он осмотрел ювелирное изделие со всех сторон, хотя в этом не было особой необходимости. Эдуард сразу понял, кому при жизни принадлежал этот предмет. В душу закрались горечь и отчаяние. Хотелось кричать, но он не издал ни звука. Хотелось разрыдаться, но по щекам скатились лишь две слезинки. Хотелось бежать куда глаза глядят, но ноги словно приросли к полу. Правда, тяжесть утраты от бессилия не становилась меньше, а скорее наоборот, наращивала свои обороты, готовая в любом проявлении выйти наружу.
– «ОвАл» – это Овечкин Алексей, мой лучший друг. Этот ублюдок разделался с одним из близких мне людей, – Эдуард сжал печатку в кулаке. Он продолжал стоять на одном месте с опущенной головой.
– Я не знала, что убитый твой товарищ. Мне жаль, что так получилось...
Эдуард никак не отреагировал на её слова. Его мысли сейчас блуждали совсем в другом месте. С каждой секундой он всё больше осознавал масштабы горя. Полтора года назад Алексей схоронил отца, а теперь так внезапно, пришла и его очередь. Да ещё такая страшная смерть.
Зазвонил телефон. Со стороны Эдуарда не последовало никакой реакции. Ася кое-как поднявшись, направилась к телефону. Услышала до боли знакомый голос в трубке.
– Надеюсь, тебе понравились розы? В душе я романтик, – человек на том конце невесело рассмеялся.
– Когда ты сдохнешь, это будет самый счастливый день в моей жизни, – Ася сама поразилась, откуда взялись эти слова (Эдуард, наверное, не услышал её слов).
Собеседник замолчал, не зная, что ответить. Наверняка он ждал услышать полный отчаяния апатичный голос, а вместо этого нарвался на бурлящую ненависть и презрение к своей персоне. Звонивший был явно застигнут врасплох, и в трубке раздавалось его тяжелое дыхание. Наконец прорезался озлобленный голос:
– Окей, сучка. 1:0 в твою пользу. Теперь слушай и запоминай, а ещё лучше записывай, – он продиктовал ей координаты заброшенной мельницы и продолжил: – Там тебя ждёт сногсшибательный материал. Уж поверь, я постарался. Кстати, можешь захватить своего педика. Он ведь твой защитник и покровитель.
В это самое время Эдуард, находившийся до этого в трансе, посмотрел на Асю, спрашивая: кто это? Она, похоже, не заметила его вопросительного взгляда и в трубку крикнула:
– Ублюдок! По тебе психушка плачет. Будь моя воля..., – Ася не успела продолжить, потому что у неё вырвал из рук трубку Эдуард и задал лишь единственный вопрос:
– К-к-кто т-т-ты т-такой?
На что последовал издевательский ответ:
– И-и-иди ты-ты-ты в жопу-пу-пу-пу, – затем звонивший добавил уже серьёзным тоном: – Береги близких, мало ли что может случиться.
Дальше Эдуард, запинаясь, перечислил трубке богатый запас матерных слов, но собеседник так ни одного и не услышал.
