Олег мысленно вздохнул. Все было так. Но Ермаков, хотя и происходил из пятидесятых годов Советского Союза, армейской субординации все-таки не понимал.
— Хорошо, — сказал он. — Тогда нам, в первую очередь, необходимо убраться отсюда. И как можно скорей. Виктор Петрович, Энгар, Семен Михайлович, вы, вроде бы, должны в здешних местах ориентироваться. Куда нам двигаться сейчас? — Олег жестом показал в уходящие в разные стороны концы каньона. — Кстати, Семен Михайлович, а чего вы там сидите? — спросил он у продолжавшего пребывать на спине Зверя Локтева.
— Так ведь команды не было, — объяснил тот, не двигаясь с места.
Все засмеялись.
— Слезайте! — велел Ростовцев, махнув рукой. — Теперь порядок движения будет пеший…
— Это хорошо, — закряхтел Локтев, сползая по бронированному боку Завра, чего тот словно и не заметил. — Это правильно. А то я совсем тут слежался, самое время кости размять…
Он спустился на землю, зачем-то отряхнулся, и только потом отстегнул маску, открывшую красное лицо с пышными седыми усами. Локтев здорово походил на Буденного, похожего на Марка Твена.
Энгар в это время произвел какие-то магические пассы руками, а затем повернулся несколько раз из стороны в сторону, явно сканируя окружающее пространство.
— Затрудняюсь пока сориентироваться без привязки к местности, — сказал он. — Но рекомендовал бы пройти немного вперед. Там не так далеко каньон расширяется, и стать лагерем будет несравненно удобней.
Каньон расширялся в широкую песчаную котловину, окруженную все теми же выветренными скалами, вдалеке переходящими в пологие холмы. Там и тут из безводной земли подымались отдельные утесы, точно игрушечные острова в высохшем игрушечном море.
Остановившись у выхода из ущелья, Ростовцев внимательно осмотрел раскинувшуюся впереди долину в бинокль. Пейзаж напоминал отчасти среднеазиатскую пустыню, если бы не сюрреалистические сооружения на вершинах большей части торчащих из песка скал. Причем на первый взгляд даже непонятно было, развалины это или их так и строили. Нигде не видно было ни одной живой души, только далеко в том, что казалось затянутым белесой дымкой небом, парила какая-то одинокая птица. Обыкновенная птица. Ничего особенного.
— Вот мы где, — раздался у Олега за спиной голос старика Локтева. Судя по последовавшей паузе, он обвел взглядом открывшуюся местность, явно вспоминая, как она выглядела когда-то. — Хозяйство Вады, будь ему Земля пухом…
— Разве они здесь сидели, Семен Михайлович? — спросил Ермаков. — Вы не путаете?
— Да как же я могу спутать, Виктор Петрович? — удивлся Локтев. — Я же здесь чуть не каждый день бывал! Это же Северный полигон Лабораториума! Вон за теми холмами начинался наш участок…
Ермаков помолчал немного. Потом сказал задумчиво:
— Хрен знает… Я-то здесь не бывал. А так скалы и скалы… Но если это Северный полигон, то мы здорово промахнулись: в Купол-то мы входили с юга! Как такое могло получиться? Мезенцев, что можете сказать?
— Не знаю, — отозвался Мезенцев от своего монстра. — Что знал я уже сказал: дурдом какой-то а не Серота. Вот вы со специалистами бубны свои распакуете, пошаманите — может что и узнаем.
Локтев крякнул от такого заявления, но ничего не сказал. Энгар же вообще не принимал участия в разговоре, явно производя какое-то магическое действие.
— А что это там? — спросил Санчес, указывая на ближайшую скалу, вершину которой украшали какие-то странные решетчатые фермы, перекрученные и торчащие в разные стороны.
— Клетка для дракона, — ответил Локтев. — Тут у Вады на каждом острове кто-нибудь сидел. Или что-нибудь. Вроде мордийского червя. Вада экзофауной занимался очень активно.
— На острове? — спросил Отеро.
— Так здесь же водохранилище было, — пояснил Локтев. — Вот по всей этой котловине. И дальше на юг. А каньон, по которому мы шли — это русло Ангеррана. Раньше вся эта местность совсем иначе выглядела, молодой человек. Эх, какие тут были леса! А какая рыбалка!.. — он безнадежно махнул рукой
"Однако", — подумал Олег, сумев, наконец, соотнести местность с заложенной у себя в памяти картой и оценить масштаб изменений. Сам он в Городе, разумеется, никогда не был, но фото- и видеозаписи видел. В том числе и Ангерранское море — водохранилище ГЭС, обеспечивающей Город электричеством. Водохранилище занимало практически половину долины Эйр-Рабат от южных отрогов Фар-Рабатских гор до самого Города и, действительно, изобиловало живописнейшими островками, покрытыми буйной растительностью. Ничего похожего на расстилающийся сейчас перед ними апокалиптический пейзаж. Разве если очень внимательно присмотреться…
— Ладно, — сказал Олег, отрываясь от бинокля. — Северный полигон, так Северный полигон: нам, казакам, все равно — что водка, что пулемет… На местности мы, считай, сориентировались. Город получается строго на юг примерно в ста кэ-мэ. Где будем становиться лагерем, господа хорошие?
Энгар вышел из исследовательского транса и указал куда-то вдоль скалистого берега.
— Вон в том направлении есть подходящее место. Совсем неподалеку. Бывший залив, я полагаю.
