Это был один из давно отработанных трюков, хорошо действующий хоть в предгорьях Поднебесной, хоть в оазисах Черных Песков, хоть в деревнях Южного Берега.
Станнер немелодично взвыл. В метре от строя аборигенов широким полумесяцем взвилась пыль, а по стоящим в переднем ряду с очень ощутимой силой ударила землянная крошка. На максимуме широкого луча станнер обладал убойной силой противоснайперской винтовки калибра 12,7 мм и им можно было завалить и Завра. Причем — насмерть.
— Стойте!.. Стойте!
Слабый дребезжащий голос раздался откуда-то сбоку. Сгорбленная фигурка в каком-то балахоне, опираясь на кривую клюку, выбралась из-за строя аборигенов и, торопливо ковыляя и размахивая рукой, устремилась в промежуток между двумя отрядами.
— Остановитесь! Салтар! Они нас не тронут! — надсадно выкрикивало непонятное существо. — Остановись! ВИКТОР ПЕТРОВИЧ! ДЯДЯ СЕМЕН! КОЛЯ МЕЗЕНЦЕВ!! Не стреляйте! Не стреляйте!
Это оказалось так неожиданно, что все присутствующие замерли как один, молча глядя на это явление нового персонажа. Причем у Ермакова, Локтева, Энгара и Мезенцева лица были практически такими же, как у воинов с противоположной стороны: никто ничего не понимал.
Олег быстро оглянулся на своих бойцов и с удовлетворением отметил, что эти — не отвлеклись. Продолжали следить за своими секторами и даже, похоже, ухом не вели.
— Куда ты лезешь, старая?! — рявкнул вождь. — Уйди прочь!!..
Старуха, резко повернулась в его сторону.
— Убери оружие, Солтар дар Зорн! — с не меньшей яростью отозвалась она. — Они никого не убили! И не убьют! Они вообще никого не убивают! (Гм, подумал Олег) Это — НАШИ!!
— Что ты плетешь?! — предводитель, видимо, никак не ожидал ничего подобного от какой-то старой карги: он заметно растерялся. — Посмотри! — он ткнул мечем в сторону лежащих недвижно тел вперемежку с роверами. — Половины Джунгахоры больше нет! Какие это наши?!
— Дурак! — взвизгнула старуха. — Ты забыл все, чему я вас учила?! Скоро все очнутся! Немедленно убери оружие! И прикажи встречать их как самых дорогих гостей! Это пришло спасение!
Предводитель в полном удивлении уставился ей вслед. Услышанное, похоже, не укладывалось у него в голове настолько, что он даже про Ермакова забыл, опустив меч. И произнес совершенно неуместную для вождя фразу:
— Ты спятила, бабка Ирма?
Но старуха его уже не слышала. Она продолжала ковылять к разведчикам, изо всех сил налегая на свою клюку. Лицо ее было совершенно безумно.
— Наши… — бормотала она, не замечая катящихся из глаз слез. — Господи… Наши!.. Дядя Витя… Семен Михайлович… Коленька!.. Живые! Столько лет… И все такие же… Дожила… Дождалась… Счастье-то…
— Не расслабляться! — хлестнул своих командой Олег, не разжимая зубов. Ситуация сложилась донельзя скользкая. Возникшая неопределенность могла разрушиться в любой момент. И в какую угодно сторону. И этот момент упустить было нельзя.
И тут Олег услышал голос Локтева. Голос был такой, словно тауметрист внезапно охрип.
— Ирма? — не веря себе, произнес он. — Ирма… Данске?!
— Дядя Се… — сказала старуха, протягивая к нему свободную руку. — Семен Михайлович! — поправилась она, падая Локтеву на грудь и заливаясь слезами. — Как долго вас не было!..
Локтев неловко попытался подхватить ее.
Следом, сгоняя с лица потрясенное выражение, шагнул Ермаков.
А Мезенцев просто прыгнул прямо с загривка Завра, бросив поводья и вот уж на его-то лице выражение ничем скрыть было нельзя. Похоже, он о нем просто забыл.
— Внимание! — выдохнул Олег, поняв, что тот самый момент вот-вот настанет.
Но стрелять не пришлось. Никто из аборигенов не двинулся с места, не сказал ни слова. Все они, включая предводителя, точно забыв о направленном на них оружии, как один, глядели теперь, как Локтев и Ермаков обнимаются с Ирмой, а Мезенцев замер рядом с ними, отчего-то не решаясь подойти ближе. И невооруженным глазом видно было, что джунгахорцам сейчас совсем не до драки.
— Ну, пронесло, кажется, — с облегчением произнес Санчес, чья натура не могла вынести долгого бездействия. — А то уж я думал, опять, как всегда…
В принципе Олег был с ним согласен. Но расслабляться пока все равно не стоило.
— Отставить! — бросил он Санчесу, не оборачиваясь. — Нехрен ворон считать — ничего еще не кончилось!
И — как пальцем в небо — попал.
Ирма внезапно замолчала и начала оседать на землю. Ермаков с Локтевым попытались ее удержать, но она безвольно повисла на их руках как тряпичная кукла.
А потом тишину прорезал крик Коли Мезенцева:
— Олег!.. Скорее!.. Энгар… Она умирает!
Опасения Олега не оправдались.
Обошлось без эксцессов.
