- Они - пришельцы, - глубокомысленно изрек Сэм. – Они к нам прилетели, королей наших порешили, нас, простых розмийцев, потеснили, городов своих понастроили, законов своих понапридумывали. Нет, хватит им нас теснить! Вот боги Света и род их поганый на корню уничтожили. Надо наших королей возвращать. При них-то как хорошо жилось.
- Ты будто бы помнишь, как при них жилось, - заржал Дэн.
- Мне дед рассказывал, - кивнул Сэм. – Никто под окнами машинами не грохотал. В армию всех брали, а не только пришельцев этих проклятых…
- Слышь, так и сейчас всех берут, - напомнил грузчик.
- Это сколько лет пройти должно было-то! – взмахнул кружкой с пивом кладовщик. – Нет, не надо их нам! Это боги их изничтожают как тараканов. Блустаров вернуть надобно.
- Это кто? – удивился Боб.
- Это короли прежние, что допрежь пришельцев были, - махнул рукой Дэн. – Так их тоже не осталось уже.
- Остались, - улыбнулся пьяный Сэм. – Вот у нас тут, в Ариэль, и живут последние.
- Так то ж баба! – возмутился Дэн.
- Одну бабу на другую менять… - фыркнул Боб.
- Не, лучше пусть пацанчик будет… - махнул рукой Дэн.
Выпили. Призадумались. Загрустили…
И такие грустные разговоры шли по всей стране.
Людям было страшно. Люди боялись. Боялись неизвестности и будущего, которое было им сейчас неведомо. И больше всего они боялись войны и крови. Радовало их лишь одно – уцелел хотя бы принц Лоуренс. Значит, не будет смены династии, значит, надежда есть, что их дети вырастут и не узнают ужасов гражданской войны и голода, а их родители смогут спокойно умереть в своей постели.
Не понимали жители Розми лишь одного: почему король Джонатан сообщил о том, что принц жив, но не назвал его своим преемником?
5
Король с трудом открыл глаза…
Где-то рядом с постелью присела Неумолимая госпожа. Он ее еще не видел, но уже давно ощущал. «Еще не сейчас, не сейчас», - вновь прошептал он. Ему надо еще несколько дней! Ведь не будет же этот проклятый Увинсон блуждать по горам Керши до скончания веков! Это же вам не Радужный Коридор[6]!!!
А может быть Талинда и сам Увинсон уже мертвы? Ведь они одни посреди вражеской страны, что кинула все силы на поимку беглецов, которых нельзя выпускать – Розми начнет войну, если выяснится, что кершийцы причинили хоть какой-то вред принцессе и ее дочери. Сколько же людей Винсент отправил на поиски внучки?
А что, если Талинда уже давно лежит на дне какой-нибудь пропасти? Чтобы случайно сорваться со скалы не надо никаких кершийских солдат. Достаточно одного неловкого шага или движения. Но с другой стороны, Увинсон не дурак, он не потащит неопытных женщин в горы теми тропами, где могут пройти лишь скалолазы или горцы.
Да где же они могли пропасть?!
Нетвердой рукой король нажал на кнопку вызова дежурного медика.
- Найдите генерала Бодлер-Тюрри. Немедленно, - прошептал он, когда к постели умирающего приблизился встревоженный врач. Тот лишь кивнул и отправился на поиски генерала.
Через пятнадцать минут, показавшихся старому королю вечностью, в покои вошел генерал. Как всегда тихий и неприметный человек в серой военной форме с Всевидящим Оком[7] на левом плече. Сегодня выражение его голубых глаз не было сонным, а простецкое лицо было встревоженным.
- Вы звали, Ваше Величество? – осведомился Винсент.
- Да, Винсент, - прошелестел король. – Что известно о Талинде?
- Ничего, - замялся генерал.
- Винсент, ты уверен? Если ты скрываешь от меня ее смерть…
- Ваше Величество! – чуть ли не впервые в жизни перебил короля генерал. – Как Вы могли такое подумать? Я ничего никогда от Вас не скрывал.
- Но уже столько дней мы ничего не знаем о моей внучке! – зло выкрикнул король. Получился, конечно же, не крик, но голос Джонатана возвысился. Впрочем, он почти сразу зашелся в приступе сильнейшего кашля, забрызгав кровью все одеяло, что укрывало его до подбородка.
Генерал кинулся к королю, желая помочь, но тот остановил его жестом. Когда Джонатан II прокашлялся, утер губы платком, что подал ему генерал, он заговорил снова:
- Винсент, почему мы ничего о ней не знаем? Может быть, она мертва? Твои агенты могут быть подкуплены?
- Нет, - покачал головой Бодлер-Тюрри. – Мы на самом деле ничего не знаем о ее судьбе, как и кершийцы. Они ищут ее с невероятной тщательностью, но тоже безуспешно. Увинсон сумел раствориться на их территории. Мои люди не подкуплены. Их невозможно подкупить – по этому делу работают исключительно патриоты и преданные лично мне агенты, за которых я могу поручиться жизнью. К тому же, они прекрасно понимают, что их семьи могут ни в чем себе не отказывать именно благодаря тому, что сами агенты рискуют жизнью. Как только у меня появится сомнение в их лояльности – их семьи лишатся денежного потока, их будущее будет под вопросом, а доступ во многие сферы закрыт.
- Тогда что же? Как этот сукин сын сумел раствориться в Керши и исчезнуть даже от своих? – настаивал король.
