Лори зашевелилась. Кириан быстрым шагом зашёл в храм. Всё было в точности, как в видении Птицы. Огромный зал из белого мрамора, залитый огнями. В центре высился стеклянный алтарь. Вокруг него стояло больше сотни сосудов разных форм. Души – разноцветные огоньки – точно дремали, затаившись на дне.
Кириана потянуло влево. Он присел перед круглым сосудом и положил руку на бок. Алый огонёк заметался по сторонам. Послышался треск, и сосуд лопнул. Душа вот-вот вылетела бы, но Кириан отпрянул от неё, и она залегла на дне.
Он прошёл между рядами, нашёл пустой сосуд и опустил в него белый огонёк. Кириана обдало волной жара, и он отшатнулся.
Простоял с минуту, затем опустился на колени, обхватил сосуд обеими руками, прижался лбом к стеклянной поверхности. И вдруг увидел всё. История Инфера мелькала перед глазами яркими вспышками. Картины прошлого и настоящего переплелись и соединились в едином узоре.
Инфер опутали ветра, и из хаоса родился мир. В нём властвовали великие звери: драконы, которые считали себя самыми великими, фениксы, вечно бегущие вперёд, грифоны, такие разные, непостоянные. Им прислуживали люди – у них не было ни сил, ни способностей, только страх перед магией.
Мир процветал, но эпохе покоя и смирения пришёл конец. Люди устали бояться. Они прознали, что в великих зверях заключалась магия, и что они могли завладеть ей. Люди начали охоту. Они убивали великих и ловили магию, которая пряталась в них.
Между двумя народами, а затем между драконами, фениксами и грифонами развязалась война. И только один был рад битвам. Раас презирал соплеменников. Он видел, что они устали от долгой жизни, а в себе чувствовал в себе жадную жажду жизни и желал завладеть магией, которая крылась в других. Раас упрямо твердил: время великих прошло, настал его черёд.
Он не жалел сил и смело вступал в бой с сильными драконами, отчаянными фениксами и ловкими грифонами. И каждый из них уступал. Стоило сопернику упасть на землю, как от него отделялась магия, находившаяся внутри, и Раас тут же подлетал и впитывал силу в себя.
Некоторые пытались бежать. Они нашли диковинный мир, который назвали Поднебесьем, и укрылись там. Наивные! Раас знал, что их черёд ещё придёт.
Шло время, и вот на земле не осталось ни одного великого зверя. Магии стало так много, что Раас не смог поглотить её всю. Тогда она пришла к людям и стала менять их и окружающий мир, прислушиваясь к тем, кто сильно, неистово верил.
Никто, кроме Рааса, не понял, что он пошатнул устои мира. Гибель великих зверей и освобождение магии привели к расколу. Появилось два Инфера: тот, который был здесь и сейчас, и тот, в котором о магии не знали вовсе. Два мира, рождённых из одного. Точно предмет и его тень. Они пошли своей дорогой, и пути их пересеклись ещё не скоро.
На несколько дней мир погрузился в хаос: вода вышла из берегов, исчезли народы и государства, но вот вода отступила, и родился новый мир. Люди остались в прошлом. Магия услышала их и сделала теми, кем они хотели быть. Вернулись и великие звери, но в ином облике. Магия поняла, как они устали, и дала им выбор. Теперь за право стать великими они платили цену. Только доказав, что их желание сильно, что они готовы пожертвовать, могли получить своё.
И лишь драконов больше не было. Среди новых народов появлялись фениксы, грифоны и другие, но не драконы. Раас не сразу понял, какую ошибку совершил. А поняв, он потерял и покой, и сон. На него легло проклятье одиночества. Он пытался уйти на небо за последними великими, но ему не было места там. Драконы превратились в сказку, и только один помнил прошлое.
Раас не сразу понял, на какую судьбу себя обрёк. Магия теперь принадлежала ему, и её было так много, что и болезни, и смерть были не властны над ним. Он жил веками и наблюдал за миром, точно его хранитель.
И вот за веком век. Пока мире снова появились люди. Второй Инфер рушился, и его жители нашли приют в доме, который покинули на заре времён. Однако народы не сумели принять друг друга, а сами хранители не поделили мир и сошлись в битве.
Раны Рааса были так сильны, что мир оказался на краю гибели. Великий огонь охватил Инфер, и мир мог вот-вот разрушиться вновь. Тогда белый дракон вырвал свою душу, чтобы сохранить магию внутри, а вместе с ней – сам Инфер. Он знал, что в мир вернётся равновесие, огонь прекратится, и народы продолжат жизнь.
Но дракон явно не ведал, что его душа попадёт в руки Кириана – обычного человека.
Он поднялся и тяжело выдохнул. Правда – вот она, картина, наконец, собрана, а что дальше?
«Нужно заплатить высокую цену, но это правильное решение», - слова гадалки вдруг прозвучали так чётко, словно она стояла позади него. Кириан сжал сосуд. Ну же, какой из двух путей?
Кириан поднял сосуд над головой и отпустил его. Храм наполнился звоном разбитого стекла. Он схватил белую драконью душу и прижал к груди так сильно, как только мог. Всё внутри восстало против. Кириан заскрёб ногтями по груди, завыл от отчаяния, но вот по телу разлилось тепло, и стало спокойно.
