Холодная роса щекотала босые ноги. Птичий хор стал громче и веселее. Так сладко-сладко пахло цветами. Астра остановилась и влюблённым взглядом огляделась по сторонам. Сколько раз до этого она была в лесу, но никогда он не казался ей таким прекрасным и родным.
- Сурреи всегда ложатся на рассвете? – Астра первой задала вопрос, чтобы не отвечать самой. Она боялась, что Сат начнёт её расспрашивать о человеческом прошлом, о мире за стеной.
- Да. Ночь нам ближе дня. О чём ты думала?
Астра помолчала с минуту и ответила:
- Я не знаю, что делать. Надо жить сурреем, и я хочу этого, вот только как? Воины не должны бояться, но мне так страшно. Кто я теперь? И что мне делать дальше? Ещё пару дней назад клялась себе, что если понадобится, то разберу свой мир по кирпичикам, но изменю установившийся порядок. Нужно ли мне это сейчас?
Астра стыдливо отвела взгляд. Слишком много болтает! Воины не жалуются. Ещё и мальчишке! Свои битву надо вести самому.
Сат тоже помолчал некоторое время. Затем он медленно, словно тщательно продумывал каждое слово, ответил:
- Когда я пытаюсь дать совет, меня редко слушают, только отмахиваются: мал ещё. Можешь тоже меня не слушать, но я отлично усвоил две истины, про которые мне постоянно твердит отец. Если не знаешь, что делать, доверься судьбе. Будь что будет. А если уже увидел свой путь, так вперёд. Смело бросайся в бой и не бойся никого и ничего. Пока есть клыки и когти, всё нипочём.
На этот раз пауза затянулась ещё больше. Очнувшись от своих мыслей, Астра потрепала Сата по голове и с улыбкой произнесла:
- Пойдём спать, ты ещё мал.
Про себя она решила, что в её жизни редко кто был так прав, как маленький суррей.
Фай
Фай лёгким размашистым почерком переписывал текст из учебника в тетрадь. Шир всё твердил что он должен освоить язык магии и говорить на нём не хуже, чем любой из героев. Книга – результат магии, и, если Фай хочет освободить её пленников, сначала нужно освоить силу.
Большую часть времени Фай теперь проводил дома. Он больше не ходил в библиотеку, потому что Шир постоянно был рядом. Избегал встреч с профессором, чтобы не придумывать очередную ложь о своих занятиях. Старался придумать оправдание и не ходить на вечерние собрания группы А. Маленькая комнатушка с диваном, столом и шкафом – вот до чего сузился его мир.
Прошло две недели, как Фай впервые прочёл рассказы. Он жадно глотал книги одну за другой, но так и нашёл ключ к спасению героев. Фай читал истории инфернийцев, и в них рассказывалось о таких диковинках, которые он даже представить не мог, но не было ни слова о книге. Людские хроники молчали обо всём, что связывало с магией, и туманом окутывали годы до образования Ленгернийской империи. Фай выпросил у Париса записи Найлы, нашедшей книгу героев, но девушка тоже не знала ничего.
Фай мотнул головой, словно пытался отогнать очередные размышления, и усилием воли вернулся к тексту. Книга историй лежала неподалёку – хотелось прочесть её, а не скучную грамматику! Вдруг обложка сама открылась, томик стал слабо подёргиваться. Так Шир давал знать, что хотел поговорить с Фаем.
Парень радостно отшвырнул учебник и раскрыл книгу на нужной странице. Начало истории он уже знал наизусть. Руки обожгло холодом, со страниц скользнула тень – рядом появилась Амая и, как всегда, улыбнулась так тепло и искренне. Чем больше времени она проводила в этом мире, тем лучше выглядела. Исчезли ужасающие худоба и бледность, она стала обычной девчонкой, вот только неожиданные появления Шира из раза в раз вызывали дрожь. Фай широко улыбнулся в ответ.
- Какой дождь! – восторженно выдала Амая и прильнула к открытому окну. Капли косого дождя попали на лицо, и она весело рассмеялась. Тут же раздалось ворчливое рычание Шира, и девушка за секунду стала спокойной и серьёзной, а голос – резким и грубым.
- С тобой хотят поговорить. Мы долго обсуждали это. Тебе нужно попасть в наш мир. Все герои хотят видеть нового владельца.
Фай вытаращил глаза. Неужели такое возможно? Он увидит всех! И мир духов! Фай взлохматил чёлку. Сердце забилось быстрее.
- Ты идёшь с нами или закрываешь книгу навсегда. Тебе нечего бояться, рыжий. Но запомни, что там мы можем быть собой. Не удивляйся и не показывай ни страха, ни любопытства. Ты готов?
По спине бегал холодок, но Фай согласно кивал: любопытство опять гнало вперёд.
- Прикажи. Я не могу забрать тебя.
- Шир, отведи меня в мир духов, - голос задрожал.
Шир зарычал. Сознание стало меркнуть. Фай словно оказался на грани яви и сна, за миг до сновидений, когда растворяешься в блаженной тьме. Он становился всё меньше, пока не превратился в точку, мысль в бесконечном потоке. Его куда-то тянуло, но вот он снова почувствовал тело и выпрямился.
Мир вокруг… Он просто был, но был никаким. Ни тепла, ни холода. Ни ветра, ни звуков. Воздух чистый, прозрачный и бесцветный. Высоко-высоко светило солнце, но мир всё равно казался тусклым. Фай оказался на огромной равнине, заросшей травой, и ей не было конца и края.
