- Монстр убрался восвояси, - сказал мистер Маулэверер. - Через холл, кабинет, а потом я потерял его из виду. Дверь в сад оказалась открытой, хотя я точно помню, что закрывал ее.
- На вашем месте, я рассказал бы обо всем ректору, - успокаивающим тоном произнес мистер Беллами, и разговор на этом был закончен.
Еще неделей позже - в ночь на воскресенье после описанных событий - мистер Маулэверер не обедал в холле, а весь день провел в своем кабинете; дверь снова была скреплена болтами. Утром он виделся с мистером Хинде. Слуга был озадачен, поскольку из кабинета исходил такой запах, словно там что-то кипятили. Мистер Маулэверер наскоро перекусил чем Бог послал, а с наступлением сумерек вернулся в свой кабинет; причем слуга рассказывал, что руки его были вымазаны грязью и чем-то белым.
Позднее той же ночью слуга был разбужен внезапным шумом в саду. Ночь была лунной; он вскочил с кровати и выглянул в окно. Он увидел мистера Маулэверера, мчавшегося, как прежде никогда в жизни, к дому, с ужасным криком. За ним гналось что-то большое и темное. Мистер Маулэверер проскочил в дверь, захлопнул ее и закрыл; минуты две-три стояла тишина, пока создание топталось под дверью. Затем раздался громкий треск; слуга сбежал вниз и с великой поспешностью направился в кабинет. Он увидел открытую дверь и опрокинутый стол. Он зажег свет и обнаружил мистера Маулэверера лежащим на полу, ногами к двери, с глубокой раной посреди лба. Мистер Маулэверер был мертв. Больше никого в кабинете не было. Когда тело исследовали, то обнаружилось, что руки с внутренней стороны покрыты чем-то белым, вроде извести, кусок извести также валялся на ковре. В саду было найдено пожарное ведро, валявшееся в траве на аллее, в дырах и измятое; здесь же неподалеку были найдены следы костра и камни с потеками расплавленного свинца.
Другая вещь, привлекшая внимание, была надпись на внутренней стороне двери, накарябанная в спешке куском извести; состояла она из нескольких греческих слов:
Rusai hemas apo tou ...*
В конце надписи имелась длинная черта, как если бы дверь подалась как раз в тот момент, когда писавший выводил последнюю букву.
Мистер Хинде скончался на следующий день в своей квартире от паралича. Полагали, что его конец ускорили полученные им новости о смерти мистера Маулэверера.
Было проведено короткое расследование и вынесен вердикт, что причиной смерти мистера Маулэверера явилось падение, случившееся в результате апоплексического удара. Я полагаю, что это не так! Он мог упасть после случившегося апоплексического удара, но что произошло с
* [Alla] rusai hemas apo tou [ponerou] - "но избави нас от лукавого": строка из молитвы Господа нашего (Матфей VI, 13; Лука XI, 4) на греческом языке. Притча Иисуса о запертой двери ("...не беспокой меня, двери уже заперты..."), следующая после Молитвы Господа (Лука, XI, 5-10) играет здесь важную роль, особенно в связи с названием рассказа. Хотя проблемы мистера Маулэверера начались только после того, как дверь была открыта, вызваны они были, вне всякого сомнения, тем, что двери души его, по причинам, нам неизвестным, оказались закрытыми для Бога.
СТРАННАЯ УЧАСТЬ МИСТЕРА ПИЧА
1
Преподобный Фрэнсис Ледбеттер, магистр искусств, бывший казначеем Колледжа Магдалены в 1786 году, представлял собой высокого, худого, сморщенного человека с длинным острым носом, которого даже в самые жаркие дни, казалось, бил озноб, ходившего прихрамывая; человека, чей желудок был настолько слаб, что позволял ему лишь горячий хлеб и кружку молока в своей комнате, лишая удовольствия ужинов в профессорской, где подавали подрумяненные тосты с сыром и кружку пряного эля; но при всем том, а возможно, вследствие этого, серьезного и богобоязненного человека, верного товарища и приятного собеседника. Его уважали и даже, можно сказать, немного любили те, кто хорошо его знал, не взирая на излишнюю твердость и педантичность в споре.
