Впрочем, кое-что и от белой матери перепало. Странно иногда видеть среди прохожих светловолосую афроамериканку со слегка голубоватым оттенком глаз. Я бы назвала его поносным, но папа говорит, что это цвет настоящего камня-самородка. И откуда он взял, что этот самый камень именно голубой с примесями светло-коричневого? Я бы не сказала, что сильно выделяюсь из толпы мышиным цветом волос и более светлой, чем у моих родственников, кожей, но эти вьющиеся кудри мне изрядно поднадоели, и порой можно увидеть картину «девочка с вороньим гнездом на голове», передвигающуюся по улицам Нью-Йорка. Да всем, по большому счёту, наплевать, кто идёт рядом, так что можно не париться.
Тётя Бонита уже несколько месяцев жаловалась, что я её не навещаю. Не то чтобы Рокси превратилась в безответственную племянницу, но живёт тётушка в двух часах езды на метро от моего дома. А потом ещё на автобусе минут двадцать добираться. Я вообще удивляюсь, что в тот забытый всеми район ещё заезжает общественный транспорт. Моя воля, так огородила бы колючей проволокой округу и запретила любое передвижение в и за пределы. Да, моя тётя живёт в настоящем гетто, именно в таком, какой можно увидеть в типичных тупых гангстерских боевиках про мелких наркодилеров, сутенёров и ещё по мелочи всяких жуликов. Уже не раз мы настаивали на её переезд в другой район, но живет тётушка в государственном жилье по программе, и другого варианта ей пока не предложили. Да и какой толк — ей уже семьдесят два скоро стукнет, из дома она почти не выходит, воровать у неё нечего, да и соседи, хоть и хулиганят, но всё же старушку не трогают. Она умудряется даже прикармливать их своим фирменным печеньем с глазурью, так что можно назвать её мафиозной бабулькой. Тётушка старший ребёнок в многодетной семье отца, так что ничего удивительного, что у них большая разница в возрасте.
После того, как я получила новую работу и уволилась с парочки других, появилось время навестить дорогую родственницу. Да и повод был отпраздновать мой маленький успех в карьере. Ну а что, всё лучше, чем полы намывать.
Тётушка встретила меня более чем радостно, не скрывая эмоций и визжа во всё горло. Наша семья вообще шумная и бурно выражает все свои чувства. Хотя, пока в своей жизни мне не приходилось встречать спокойного и закрытого от всех афроамериканца. И даже если он и будет казаться таким вначале, то просто включите ему музыку, и увидите такое преображение, что челюсть отвиснет. Танцы — это у нас в крови.
Но в семье, как говорится, не без урода, и видимо, я пошла характером в родню со стороны мамы. Может, поэтому я так легко могу затеряться среди толпы белых американцев.
— Я как раз испекла вкусный пирог. Между прочим, твой отец его очень любил в детстве, — высказав мне все претензии по поводу того, какая я неблагодарная сволочь, раз забыла свою родную тётю, и наконец успокоившись, тётя Бонита достала из духовки своё лакомство.
— Я на диете, ты же знаешь, — ответила я и даже не узнала своего голоса. Находясь сама с собой я обычно молчу, и редко могу кинуть пару фраз на работе среди сотрудников, и слышать свой голос в тишине комнаты без гула толпы, шума музыки или же бурчащих клиентов даже как-то странно.
— Вот опять ты, — поставив руки в боки и страшно выпучив глаза, воскликнула тётя. — Сколько раз тебе говорю: женщина красивая только тогда, когда есть на что посмотреть. Что это за мода сейчас, ходит без лифчика, а под майкой одни соски торчат? — при этих словах тётушка сделала две дули и приставила их к своей пышной груди, а затем обхватила её и слегка сжала. — Вот это я понимаю, добро, так добро. И подержаться есть за что.
— Тётя, — пожурила я её. Ну, правда, всё у них сразу в одно выливается. Знаю я все эти разговоры. А где твой бойфренд, а когда ты найдёшь себе кого-нибудь? А надень-ка юбку покороче, да маечку поглубже. Как будто привлечь больше нечем.
Но мою родственницу было уже не остановить.
— А что? — размахивая руками, воскликнула она. Женщине уже восьмой десяток, а она всё туда же. Не удивлюсь, если у неё до сих пор есть какой-нибудь ухажёр. Признаться честно, свой возраст ей не дашь. Это безусловное преимущество всех темнокожих — они вечно молодые. — Вот посмотри на меня. Какая шикарная женщина! А если бы я была как доска, думаешь, твой дядя Джон посмотрел бы на меня? А он был ещё тот Дон Жуан, все девчонки от него с ума сходили. Он всегда говорил: хорошей женщины должно быть много.
Я только молча закатила глаза. Её всё равно не переспорить, так что нечего и начинать. Из уважения и чтобы не слушать нотации снова, положила себе небольшой кусочек пирога и решила ковырять его весь вечер, чтобы не пришлось принимать добавку. Запах, конечно, был божественный. Печёные яблоки в сочетании терпковатого аромата корицы. И кружочек ванильного мороженого на пока ещё горячий кусочек лакомства. Как подумаю, сколько это калорий, так дурно становится.
