Стуки внимательно посмотрел на мальчишку. Микеланджело ответил ему решительным взглядом. «Бедные учителя, — подумал Стуки, — одного такого на класс вполне достаточно».
— Ну конечно, ты ведь никогда не опаздываешь в школу, да?
— Естественно.
— И старик, в конце концов, мог бы жить поосторожней, тогда бы у него и проблем было меньше, так?
— Вы просто читаете мои мысли.
— Слушай, Микеланджело, когда синьор Баттистон придет в себя, я с ним обязательно побеседую. И если окажется, что это ты виноват в случившемся, мало не покажется
— Вы ошибаетесь, — коротко ответил мальчишка и отвернулся, как бы говоря, что разговор окончен. Стуки позволил Микеланджело уйти, иначе тот действительно рисковал заявиться в школу после звонка. Инспектор тоже терпеть не мог тех, кто опаздывал.
В полицейском управлении царила невероятная суматоха. На улице мимо инспектора Стуки промчалось несколько полицейских машин с включенными сиренами.
— Что происходит? — спросил Стуки дежурного.
— Ничего особенного, — ответил дежуривший полицейский. — Один выживший из ума старик угрожает поджечь дом престарелых. Под зданием обнаружили утечку дизельного топлива из подземных труб. Капля за каплей, причем течет уже неизвестно сколько. Когда старик об этом узнал, он каким-то образом сумел незаметно для всех вырыть во дворе яму, напихал туда своих пижам и сейчас угрожает поджечь все зажигалкой. Дед хочет вернуться к себе домой. По-моему, ничего он не подожжет. Вы как думаете, инспектор?
— Если вытекла целая лужа горючего, некоторый риск есть, — ответил Стуки.
— Тогда сегодня на ужин в доме престарелых будет фламбе, — сострил дежурный.
— Ландрулли тоже с ними?
— Нет, из наших только Спрейфико и Белладонна. Ландрулли на своем рабочем месте.
У себя в кабинете инспектор Стуки уселся в любимое кресло на колесиках. Честно говоря, кресло было совсем старое и невероятно скрипучее, но теперь не те времена, чтобы привередничать. Стуки немного поездил в кресле по комнате. Что-то такое витало в воздухе, инспектор это чувствовал. Он снова вспомнил о Микеланджело. Что могло сделать мальчика таким колючим? А как насчет него самого, инспектора Стуки? Каким подростком он был? Довольно проблемным, если быть откровенным.
«Интересно, каким в подростковом возрасте был Ландрулли?» — подумал Стуки, исподтишка наблюдая за подчиненным, который с невозмутимым видом листал сводку новостей.
— Нашел что-то стоящее?
— Одна ясновидящая предсказывает сильное наводнение, — ответил Ландрулли, склонившись над страницей местной хроники. Полицейский агент зачитал инспектору Стуки несколько строк из газетной статьи: журналист комментировал заявления вещуньи с осторожным скепсисом.
— Ну вот, — проворчал Стуки, — уже и гадалки рвутся в метеорологи. Ландрулли, когда именно на нас обрушится стихия?
— В ближайшие дни, инспектор.
— А что, если это будет новый Всемирный потоп? Грехов-то у всех нас, сам понимаешь… Кстати, Ландрулли, ты умеешь плавать?
— Умею, и довольно неплохо.
— На спине тоже?
Их болтовню прервал телефонный звонок.
— Спрейфико дал себя поджечь, как последний дурак! — прокричал в трубку взволнованный агент Белладонна.
Инспектор Стуки вскочил с кресла.
— Это невозможно! Спрейфико сделан из асбеста, он огнеупорный.
— Ничего подобного! Он схватил старика за руку в ту самую секунду, когда тот поджигал пижаму, пропитанную горючим. Они оба поджарились, как два початка кукурузы.
— Белладонна! Если это шутка…
Но Стуки знал, что агент Белладонна отличался патологической серьезностью и никогда не позволял себе шутить, особенно на работе. Чтобы вернуться домой, старик привел в исполнение свои угрозы, и лужайка перед домом престарелых превратилась в горящую саванну. Со Спрейфико в роли жареного дикобраза.
— В каком состоянии находится агент Спрейфико?
— У него ожог правой руки, части правого плеча и подбородка с правой стороны. Борода с той стороны тоже сгорела.
Спрейфико без его фирменной бородки? Зрелище не для слабонервных!
Стуки подумал о синьоре Баттистоне, который попал в реанимацию из-за сердечного приступа, о сумасшедшем старике из дома престарелых и об ожогах агента Спрейфико. Местным врачам в ближайшее время будет чем заняться.
Во время обеденного перерыва инспектор Стуки вернулся домой, чтобы покормить и выгулять своего нового подопечного. Из больницы не было никаких новостей. Синьор Баттистон по-прежнему находился в реанимации. Это все, что ему смогли сообщить.
— Вы ведь ему не родственник?
— Нет, у синьора Баттистона нет родных.
— Вот именно.
— Что — вот именно?
Впрочем, самое главное, что синьор Баттистон был жив, и врачи обещали поставить его на ноги. Так что скоро соседи опять увидят старика на прогулке со своим четвероногим другом.
