— По-моему, ты носишь его класса с седьмого. Может, тебе помочь? У меня много старой одежды, которую я не ношу, хочешь, я тебе отдам? — ухмыльнувшись, она посмотрела на Богатыреву, очевидно, ожидая от нее поддержки.
Но Богатырева выглядела странно. Она словно… смутилась. Интересно, что именно ее смутило? То, что ее подруга такая сволочь или то, что она трахается со мной? С той, которая не подходит и никогда не подойдет их компашке по статусу? Наверняка, она хоть раз представляла реакцию своих подружек, если бы они узнали о том, чем именно мы занимались с ней уже дважды. Представляю их лица. Я уверена, их даже не столько смутило бы, что она изменяет Чернову с девушкой, а, скорее, основной проблемой было бы то, что делает она это со мной. С нищебродкой, бомжихой, убогой… В их арсенале много имен для меня. И для Богатыревой это лишь очередное приключение — что-то вроде экстрима — попробовать что-то новое, да еще и с тем, от кого нужно держаться подальше. Но у меня свои цели. И на цели Богатыревой мне насрать.
Я выпрямилась и натянула через голову свитер. Потом посмотрела на Богатыреву и усмехнулась. Не бойся, пташка, пока что я не выдам твоего секрета.
— Слушай, Сорокина, — начала я, поправив кофту и застегнув молнию на джинсах. — Не знаю, почему ты постоянно пытаешься ко мне цепляться… Ведь у нас с тобой больше общего, чем ты думаешь, — я сняла с крючка рюкзак и засунула в него кроссовки.
— Неужели? — хмыкнула она. — И что же общего может быть у меня… с тобой? — последнее слово она произнесла максимально презрительно.
— Ну, смотри, у меня вот свитер не меняется с седьмого класса, а у тебя… развитие. Разве не общее? Подумай об этом.
— Да пошла ты, Мишина! — донеслось мне в спину, но я уже не стала ей отвечать.
***
Добравшись до дома, я пообедала, поболтала с бабушкой и отправилась на работу. Я почти четыре часа раздавала флаеры у торгового центра. После зашла внутрь, чтобы получить свою «горстку золотых». Девушка, которая занималась промоутерами, отсчитала мне деньги и, протянув несколько мелких банкнот, сказала:
— Что ты делаешь на выходных? У нас на «Ариэль» акция будет, нужно в субботу и воскресенье постоять на рекламе. Оплата хорошая, с двенадцати до пяти. Не на улице, — улыбнулась она, видя мои румяные от мороза щеки.
— Я согласна, — улыбнулась я, запихивая в карман деньги. — Форма одежды?
— Тебе выдадут фирменную футболку. Нужно будет стоять у их полки и предлагать продукцию. Там скидка почти 30% на большие пакеты порошка.
— Договорились, — кивнула я. — К двенадцати подойду.
— Окей, тогда до субботы, — снова улыбнулась она, и я направилась на выход.
Это была отличная новость, поскольку денег не хватало катастрофически. Бабушке нужны были дорогие лекарства, я купила ей первую упаковку на ту премию, что выдал директор, но лечение требовалось курсовое. А значит, останавливаться было нельзя. А для этого нужны были деньги. Бабушкина пенсия уходила на квартплату, школьные поборы и часть еды. Остальное было на моих плечах. Но подробностей этого она, конечно, не знала. Я не хотела ее волновать, да и чувство вины вызывать в ней не собиралась.
Спустившись на два этажа вниз, зашла в продуктовый магазин. Нужно взять хлеба, молока, туалетную бумагу, да что-нибудь к чаю — порадовать бабулю.
Обойдя прилавки, я двинулась к кассе, но остановилась на полпути. У кассы стояла «элита». Черт. Я знала, что неподалеку жила Богатырева и Сорокины, но я никак не ожидала их встретить здесь, еще и с Черновым и Ринатом. Дождавшись, пока они оплатят чипсы, какие-то бутерброды, колу и пиво, которое им безропотно продали, я тоже пошла на кассу. Оплатив свои немудреные покупки, вышла из магазина и направилась к дому, надеясь, что больше ни с кем из них не пересекусь.
Но мне не повезло. Только я вырулила за угол, стараясь не поскользнуться, как увидела всю их громко ржущую компанию. Чернов тут же увидел меня, и его лицо вытянулось.
— Оба-на, какие люди, — гадко улыбнувшись, громко проговорил он, чем привлек внимание всей остальной компании, и уже через пару секунд все они смотрели на меня.
— Мишина? А че ты тут делаешь? — провякала Сорокина, которая Маша. — Это элитный район, ты че тут забыла?
— Да вот, хожу, ищу твои мозги, — отпарировала я, продолжая идти вперед.
— А ты че хамишь, Мишина? — грубо прогавкал Чернов, который, как я уже поняла, был нетрезв. Видимо, это был не первый его поход за пивом.
— А ты че, меня вежливости решил поучить? — также грубо ответила я, не собираясь отступать. Если нужно будет, я ему врежу.
— Успокойтесь, — неожиданно встряла Богатырева, хватая Чернова, который уже собирался двинуться в мою сторону, за рукав.
— Я спокойна, это ты за своим псом последи, — фыркнула я, как раз проходя мимо них, но не собираясь останавливаться.
Ровно в тот момент, когда я проходила по дороге мимо Чернова, он поставил мне подножку. Естественно, я не успела собраться и потеряла равновесие. Сама я растянулась на скользком асфальте, а мой пакет улетел вперед, и все содержимое из него вывалилось.
