— Мы на балкон. Он утеплен, если что, — проговорила Богатырева, глядя, как я накидываю майку и тянусь за штанами.
— Ну, ты же будешь открывать окно.
— Ты тогда пока одевайся, а я в ванную, — пробормотала она и, завернувшись в одеяло, вышла из комнаты.
Когда она вернулась, я была уже готова. Девушка, придерживая одеяло рукой у груди, направилась сначала к столу, где достала из ящика какие-то длинные сигареты, зажигалку и маленькую пепельницу, а после на балкон.
Это была довольно большая и чистая лоджия, которая освещалась впиленными в потолок лампами. Я даже зажмурилась, отвыкнув от яркого света.
— Будешь? — Богатырева достала одну сигарету и протянула пачку мне.
Я отрицательно покачала головой, наблюдая, как она прикуривает. Это было так странно — мы, заклятые враги, война которых длится много лет, стоим на ее балконе после отличного секса и смотрим в темноту. Чего только не случается на свете.
Я усмехнулась своим мыслям и поправила растрепавшиеся волосы, заново собрав их в пучок. И в этот момент обратила внимание на свою руку.
— Какого… Богатырева, у тебя что, месячные?! — воскликнула я, глядя на кровь на своих пальцах. Нет, я не была ханжой, но… могла бы и предупредить!
— Я… — она жутко покраснела и отвела взгляд.
— Могла бы и сказать, — проворчала я. — Блин.
— Это не месячные, — тихо проговорила она, продолжая смотреть в окно.
— В смысле? — мое лицо вытянулось. — А что тогда? Я что, поранила тебя?!
Видя мой испуг, Богатырева, видимо, решила меня успокоить.
— Нет, ты не поранила меня. Просто… Так бывает, когда… Когда…
— Когда что?! — не выдержала я.
— Когда делаешь это… в первый раз… — тихо сказала она и посмотрела на меня исподлобья. — Извини. Я дам тебе чистое полотенце…
— Постой-постой, — прервала я ее. — В смысле в первый… раз? Ты… Ты что, девственница?! — я была в шоке. Нет, я была в непередаваемом шоке!
— Была… — также тихо пробормотала она.
— Как… Как ты… — начала бормотать я, пытаясь вздохнуть. — Ты… Ты ненормальная, Богатырева! — почти заорала я на нее.
— Прости, я просто…
— Не надо мне ничего говорить! — продолжала орать я, испепеляя ее взглядом. — Ты… Ты должна была сказать мне! Какого хера?! Ты же встречалась с парнями! И не раз! Ты же спишь с Черновым! — если бы на улице сейчас кто-то стоял под окнами, уверена, что они бы все это услышали.
— Я никогда не говорила, что спала с ним! — вспыхнула в ответ Богатырева.
— Да как ты… — я громко дышала через ноздри. — Ты что, подготовиться решила к первому разу с мужиком?! Ты в своем уме?!
— Лера, о чем ты… — начала Богатырева, но я ее грубо прервала.
— Знаешь, что, это переходит уже все границы! — воскликнула я и стукнула по подоконнику. — Не смей даже приближаться ко мне больше, поняла меня?!
Выкрикнув это, я резко открыла дверь, кинулась к кровати и, схватив свой свитер, выскочила в коридор. Быстро обувшись, достала куртку и буквально вылетела из ее квартиры.
Глава 8
Я быстрыми резкими шагами направлялась в сторону дома. Какая наглость! Она что, боится первого раза с Черновым, поэтому решила сделать это со мной?! Я не раз слышала истории одноклассниц, которые уже вели половую жизнь, что им в первый раз было больно и неприятно. Неужели Богатырева решила, что если лишится девственности с девушкой, то это будет не так больно?! Какого черта?! О чем она вообще думала?! Это было нечестно — не сказать мне! Конечно, она понимала, что признайся она в том, что девственница, я бы никогда не полезла к ней. Тем более, чтобы «подготовить» ее для кого-то! Чертова сучка, разве так можно поступать с людьми?!
Я с силой пнула какую-то банку, что валялась под ногами. Она отлетела на несколько метров и застряла в небольшом сугробе.
С другой стороны, даже несмотря на весь мой негатив, я не могла забыть ее взгляд. Ее глаза. Они смотрели на меня с таким… доверием. Словно она отдала мне что-то личное, настолько сакральное, что теперь от меня зависит все то, что будет дальше. В принципе, так оно с какой-то стороны и было. Она отдала то, что можно отдать только один раз. И она отдала это мне. Но зачем? Почему мне? Она же не могла это сделать просто потому, что так захотела. Наверняка я права, и она просто хотела избавиться от своей мешающей «детали», чтобы спокойно начать заниматься сексом со своим козлом. Может, говорила ему, что у нее тоже уже был опыт, как и у него?
Я не знала, чем был вызван такой поступок Богатыревой, но я злилась, и очень. Но вместе с тем, когда я добралась до дома, поняла, что помимо моего негодования, я ощущаю еще и чувство вины. За то, что так разоралась на нее и, даже не выслушав, свалила. И это разозлило меня еще больше. Почему я должна чувствовать себя виноватой? Это не я втихушку раздвинула ноги, чтобы… Чтобы все это произошло. Я не должна переживать, я должна злиться!
