– Ну вот, – произношу я в воздух, сама не зная, что собираюсь тут искать. – Откуда же начать сегодня?
Я сосредоточенно кусаю губу и обвожу взглядом святая святых Джеймса. Интересно, а чувствует ли он сейчас, находясь далеко-далеко, на самом дне моря, что я проникла на его личную территорию? Может быть, когда он вернется домой, его нос задергается, уловив смутный аромат моего присутствия, а глаза станут рыскать по комнате, замечая сдвинутые со своих мест предметы? Под моими ногами – плюшевый темно-красный ковер. Нужно передвигаться осторожно, чтобы не оставить следы на мягкой ворсистой поверхности. Если Клаудия зайдет сюда – а она, насколько мне известно, время от времени тут бывает, – обязательно заметит эти отпечатки.
Тяну на себя ящик старинного деревянного сейфа, но, как я и подозревала, он заперт. В прошлый раз, проникнув в кабинет, я осмотрела содержимое металлического сейфа, решив, что в этом несгораемом шкафу наверняка хранятся наиболее интересные документы. Несмотря на то что некоторые из бумаг, которые я сфотографировала, могут действительно оказаться полезными, меня не покидает ощущение, что нужно найти что-то еще. Деньги в семье есть, я убеждена в этом, и притекли они со стороны Шихэнов, что тоже не вызывает сомнений. Но мне нужно подтверждение, веское доказательство, причем как можно быстрее. Я должна подумать о своем будущем.
В мгновение ока меня озаряет: я понимаю, где находится ключ от деревянного сейфа! Он спрятан в горшке с подозрительно сухим растением, стоящим на подоконнике. Я легко открываю верхний ящик, даже не представляя, что обнаружу внутри, если вообще, конечно, что-нибудь обнаружу… Но, если я делаю это должным образом, если у меня все получается, – о, Боже, дай мне на сей раз хоть немного удачи! – это должно храниться здесь. Мне нужна эта смутно ощущаемая, неуловимая вещь, доказательство, нечто, дополняющее общую картину. Людям вроде меня почти не выпадает таких вот удобных случаев. В моих мыслях это всегда вручается мне на блюдечке с голубой каемочкой. Именно поэтому я так и нервничаю, когда вытаскиваю первую папку с документами. Если я облажаюсь, если не унесу отсюда именно то, что хочу, если меня застукают до того, как я закончу, наверняка придется иметь дело с полицией.
Я раскладываю содержимое первой папки на столе Джеймса. Это – куча выписок из банковского счета, распределенных по датам с 1996-го до 2008 год. Я аккуратно фотографирую каждый документ. На это уходит двадцать минут. Вздыхаю и смотрю на набитый битком сейф. «И чего же я добьюсь вот этим?» – крутится у меня вопрос. «Лучшей жизни для себя», – отвечает голос в моей голове, изводящий меня размышлениями о хороших и плохих сторонах того, что я делаю. Этот голос не замолкает ни на мгновение с тех пор, как я ответила на объявление Клаудии о поиске няни.
«Постоянно работающие родители ищут опытную, добрую, любящую детей няню, чтобы заботиться о четырехлетних мальчиках-близнецах и девочке, которая скоро появится на свет. Гарантируем собственную комнату с ванной в прекрасном фамильном доме в Эджбастоне. Потребуется выполнение легких обязанностей по дому, исключая уборку. Предлагаем пользование машиной и свободные выходные. При себе необходимо иметь подтверждающий квалификацию документ и достойные рекомендации. Приступать следует немедленно».
«Просто в точку!» – помнится, подумала я, увидев объявление. Это был исключительный, сверхъестественный, посланный с небес, потрясающе подходящий ко времени, удобный случай, и он вдруг очутился передо мной, словно я была создана для этой работы. И снова я смеюсь над иронией ситуации. Не то чтобы я действительно хочу делать то, чем сейчас занимаюсь. По сути, у меня мало вариантов действий – точнее, вообще нет выбора. В жизни есть некоторые вещи, которые вам просто требуется уладить, и я поняла это в тот день, когда съехала с квартиры Сесилии и тут же оказалась в этом доме. Как говорится, из огня да в полымя.
И все же я утешаюсь тем, что, по крайней мере, занимаюсь чем-то по-настоящему стоящим да к тому же избегаю острого лезвия жестокого языка Сесилии, которое приходит в действие, когда я не могу дать ей то, чего она так отчаянно хочет.
Втискиваю папку обратно в ячейку сейфа и вынимаю следующую. Наклейка гласит: «Страхование жизни». Заинтересованно вскидываю брови. «Это может пригодиться», – думаю я, надеясь, что речь идет о больших деньгах.
