Я думал, на нем отразится ужас, но глаза парня оказались совсем не такими, как я ожидал. В них я видел смирение, хотя он смотрел на отца, который бросался с ножом на собственного ребенка.
– Ли Чонун… – Я позвал его, словно мы были незнакомцами.
У Ли Чонуна, которого я знал, нет, думал, что знал, никогда не могло быть такого выражения лица.
В этот момент парень, должно быть, услышав мой зов, повернул голову в мою сторону. И только когда наши взгляды встретились, мне пришлось это признать.
Человеческая боль не может так просто закончиться.
– Хён! Пусти меня! Я пойду к нему!
– Я это сделаю.
Я поднял свободную руку и направил ее в сторону отца Чонуна. Хан и Чхоль одновременно вскрикнули «нет», но я уже щелкнул пальцами. В этот миг нож выпал из руки отца Чонуна и взмыл в воздух, разбив светильник на потолке, и упал обратно. Раздался грохот, моргнуло электричество, и весь свет в ресторане погас.
– Хё… Хён. А если люди пострадают?!
– И что с того?
– Как это «что»?! Тебя же могут уволочь в Мёнбуджон!..
– Хан, что стоишь? Быстрее уведи его.
Он только таращился на мужчину, который из-за последствий использования моей силы лежал на полу, не приходя в сознание. Взглянув на меня, как бы спрашивая, все ли будет в порядке, Хан схватил за руку Чонуна, который неподвижно стоял рядом. Когда он тихо прошептал парню, что надо уходить, тот, шатаясь, пошел.
– Хён, – позвал меня Чонун дрожащим голосом, проходя мимо, но я даже не взглянул на него.
Когда они ушли, Чхоль вздохнул и огляделся:
– Врата еще не открылись, верно? Может, стоит убежать?
– Думаешь, это возможно?
– А, точно! Фея! Можно попросить ее о помощи и сбежать во Дворец Нефритового Императора! Разве будут тебя там ловить?
– Не нужно. Снова я туда не собираюсь.
– Снова?
Вместо ответа я щелкнул пальцами в сторону потолка. Светильники, за исключением сломанного, снова загорелись. В ресторане остался только распластанный по полу мужчина, а остальные люди, похоже, вышли.
– Чхоль, давай уходить. К тому же все нормально. Я просто сделал свою работу.
– А что с тем человеком?
– Он не пострадал. Только потерял сознание от испуга.
Мне показалось, что, когда он упал на пол, мог получить пару царапин из-за осколков светильника, но крупных травм, угрожающих жизни, не было. Отправив Чхоля к выходу первым, я на мгновение обернулся и посмотрел на записи о жизни этого человека. Ему оставалось жить еще лет тридцать, а прошлое оказалось крайне несчастливым из-за совершенных им же самим деяний. Он что, хотел совершить все возможные преступления, среди которых нападения, измены, мошенничество и много других?.. И нож он принес с собой сегодня не случайно.
Среди записей я увидел, что он уже несколько месяцев назад принял это решение и раздобыл кухонный нож, который можно было спрятать в руке.
Это случилось летом, примерно тогда, когда мы с Чонуном снова столкнулись, а затем встретили Хэдан. А сегодня он пришел сюда с намерением убить и Чонуна, и его мать. Может, поэтому парень видел Хэдан? Я раздраженно выдохнул и поплелся к выходу из ресторана.
Вокруг перешептывалось довольно много людей, но, возможно, из-за того, что в одном месте собрались аж трое жнецов, они только глазели издалека и не могли приблизиться. Единственным человеком рядом оказался Чонун, нерешительно стоявший между Ханом и Чхолем.
А на другой стороне улицы, на переходе, где светофор продолжал гореть одним цветом, стояли Хэдан и мать Чонуна. Я жестом показал фее, что все кончено и она уже может позволить ему смениться. Она еле заметно улыбнулась, показывая, что все поняла, но затем ее лицо вдруг застыло.
– Что такое, Хэдан?
– Сестрица Хэдан?
Когда Чонун, услышав, как я что-то пробормотал себе под нос, проследил за моим взглядом и повернул голову к светофору, у меня появилось жуткое ощущение. Я, сам того не осознавая, оттолкнул Чонуна, словно пытаясь его защитить, а затем обернулся. За мной стоял отец Чонуна, пришедший в себя, подобрал кухонный нож, у которого обломился кончик, и теперь пристально смотрел на меня.
– Он меня видит?
Мужчина, тяжело дыша, взмахнул рукой, пытаясь попасть ножом прямо в меня. Да, видит. Не знаю, был ли это мимолетный порыв, но, похоже, он был готов умереть, раз все пошло не по плану.
Когда он снова замахнулся ножом, я подумал, что на этот раз притворюсь, что подставляю ему руку, а затем просто вырублю его. Я уже начал поднимать руку, как что-то быстро появилось между нами. Прежде чем я успел среагировать, мой слух пронзили задыхающийся стон и глухой звук. Это Чонун бросился прямо передо мной, а сразу после этого Хан взмахнул зонтиком и ударил им его отца.
– Это еще что…
Кончик зонтика-трости, согнувшегося посередине, указывал в сторону двоих людей без сознания. Чонун, бросившийся на нож вместо меня, истекал кровью. В тот момент, когда Чхоль и Хан спешно наклонились, чтобы осмотреть рану, я словно застыл и не мог пошевелиться.
