Уже на следующий день сыщики, по явной наводке, заявляются на квартиру поэта Томаса Кида, друга Марло, тоже связанного (правда, самым краешком) со "Школой ночи". Ищут, вроде бы, черновики и образцы почерка "Тамерлана"; ничего похожего, естественно, не находят (Кид — хороший поэт, и доведись ему сочинять такого рода
Показания Кида и его переписка с лордом Пакерингом (литработник, после того, как "разобрались-выпустили", столкнулся при трудоустройстве с проблемой "у-нас-зря-не-сажают", ну и добивался от Тайного совета чего-то вроде официальной реабилитации), разумеется, сохранились[54]. Видно, что следствие очень интересуют атеизм Марло и вообще "Школа ночи", но куда примечательнее, что его совершенно не интересуют "Тамерлан" и "Dutch church libel"! То есть следствие с чрезвычайными полномочиями трижды за месяц резко поменяло направление: сперва искали организаторов массовых беспорядков (и ничего не нашли), потом искали одного конкретного автора подрывного памфлета (и опять не нашли) — и вот теперь, вместо всего этого, полностью переключились на частные записки, случайно (якобы…) найденные по ходу следственных действий… Понятно, что раз уж тот атеист попался в бредень в качестве попутного улова — выпускать его обратно как-то глупо; но почему, однако, им занимаются не
А ведь "Dutch church libel" после этого вообще исчезла из всех документов, будто отыграв предназначенную ей эпизодическую роль (погромы, кстати, тоже сразу сошли на нет), а "Тамерлан", прицельно уронивший тот самый камешек, что вызвал лавину, похоронившую в итоге Марло, так и остался ненайденным (а те 100 крон награды — большущие деньги! — невыплаченными). Кто это был — в точности неизвестно по сию пору; впрочем, наиболее детально изучивший этот вопрос Чарльз Николл (2002) весьма убедительно указывает пальцем на одного из людей Эссекса — некого Ричарда Чолмли: тот баловался стихосложением (без особых успехов), имел опыт похожих провокаций[55] и был обожателем Марло (возможно, и не только его творчества, гм…), хорошо изучив его стиль… Итак, "Тамерлан", вроде бы, был человеком Эссекса — "И почему я не удивлен?"
Подозрение, что за теми погромами и подметными письмами стоял Эссекс со своей Службой (которая потом сама же всё это и "расследовала", хи-хи…), возникало у многих исследователей, ну и мы тоже внесем свои свеженькие пять копеек в поддержку этой точки зрения. Давайте проанализируем присутствие-отсутствие интересующих нас персон на тех трех "погромно-памфлетных" заседаниях Тайного совета — 16 апреля, 22 апреля и 11 мая. Итак:
1) Витгифт с Пакерингом — на всех трех (дело некоторым образом касается идеологии и религии, это их профиль);
2) Бёрли — на всех трех (он глава правительства, присутствует вообще почти всегда);
3) Роберт Сесил — на всех трех (дело хоть и не вполне по профилю загранразведки "МИ-6", но затрагивает государственную безопасность, так что держать его в поле зрения всё же следует);
4) А вот Эссекс — лишь на одном, самом первом, 16 апреля; это при том, что дело-то как раз прямо и непосредственно входит в компетенцию его "МИ-5"! И это крайне странно…
Фаворит был введен в состав Тайного совета буквально пару месяцев назад, 25 февраля; теперь — выше только Трон, и этот честолюбец должен бы, по идее, красоваться в том Ареопаге, греясь в лучах славы, вообще безвылазно… Проверяем (благо английские архивы позволяют); да, так оно и есть — "Со времени его [Эссекса] назначения Советником в конце февраля 1593-го по 26 августа 1593-го, когда возник перерыв в записях, его присутствие отмечено на 71 проценте заседаний Совета"[56]. Но, может быть, так совпало, что он как раз в это время оказался в отъезде? — никак нет: присутствует 20, 26 и 29 апреля, 6, 13 и 14 мая, отсутствует же (помимо двух интересующих нас заседаний, 22 апреля и 11 мая) единственный раз, 25 апреля[57]; итого — нормальная для него доля прогулов, 3 из 9.
