— Я про осторожность не забываю, на то есть причины, — сказал Бад, — так что не волнуйтесь. — Молли действительно в тот день была совсем плоха. Он никогда не видел ее такой мрачной и задумчивой.
Дэнни вернулся со стаканом лимонада. Молли поблагодарила его, она держала стакан обеими руками, когда пила.
— Боюсь, мы не сможем рассчитывать на поддержку «Любительниц дикой природы», — грустно сказала Молли. — Они не способны на решительные действия, я почувствовала это на собрании.
— Вы хотите сказать, они струсили?
— Да, единственное, что они предлагают, — организовать пикетирование стройплощадки. А также собрать подписи под петицией. Они очень любят петиции. — Молли вздохнула и покачала головой. Прозвучал еще один раскат грома.
— Может, я сама во всем виновата. Может, я уже стара для этой борьбы.
— Да нет же, нет! — воскликнул Дэнни.
«А пожалуй, старушка права, — подумал Бад. — Хотя что в этом такого?» — спросил он сам себя.
Опираясь на ручки кресла, Молли поднялась.
— Возможно, скоро к нам пожалует гость, — известила она. — Высокий мужчина с ошейником.
— Очень приятно, — буркнул Бад. У него до сих пор ныли ребра после той схватки в кухне.
— Вам не следует его бояться, — сказала Молли, — он должен рассказать нам кое-что интересное.
«Как же мы жили без него, бедные!» — усмехнулся про себя Бад.
Рано утром 29 июля в «Майами геральд» по факсу пришло следующее сообщение:
