— Тогда не буду тебе мешать.
Я слегка улыбаюсь, но вряд ли он видит.
— Если это значит, что ты согласна, давай присядем.
— Куда?
— Сюда.
Филипп указывает фонариком на ствол срубленного дерева, и мы устраиваемся на нем.
С этого места открывается вид на море. В отсутствии луны оно кажется продолжением черного неба. Только звезды не отражаются в воде.
Отсюда практически не заметно пламени костра и не слышно голосов ребят, но я уверена, что они хорошо проводят время. Зато прекрасно слышно шепот прибоя, который заполняет паузы в разговоре.
— Рита, у тебя что-то случилось? — внезапно спрашивает Филипп.
— А? — Я поворачиваю голову и задаю ответный вопрос: — С чего ты взял?
— Просто ты немного странно себя ведешь. Не так, как обычно. Словно ты не здесь, а где-то далеко.
На моем лице появляется кривая усмешка, но я не знаю, видит ли ее Филипп.
— Думаешь, что хорошо меня изучил? Мы знакомы всего три дня.
— Трех дней хватило. После лекции ты вскрикнула и убежала, посмотрев в телефон, а потом стала вот такой. Гуляешь одна в темноте, что вообще на тебя не похоже.
— Забей… — отмахиваюсь я. — Лучше расскажи про звезды.
— Ладно. Не буду больше тебя пытать.
— Запомни, ты обещал.
— Запомнил. — На его губах возникает легкая тень улыбки. — Давай начнем с простого. Какие созвездия ты знаешь и можешь найти на небе?
— М-м-м… — Я начинаю загибать пальцы: — Большую и Малую Медведиц, пояс Ориона. А еще Кассиопею, она похожа на букву W.
Больше ничего не вспоминается. Конечно, мне известно о знаках Зодиака, но я понятия не имею, где они должны находиться.
— Примерно так я и думал, — качает головой Филипп.
— Что, разочарован? — усмехаюсь я.
— Да нет. Чем меньше ты знаешь, тем больше я могу тебе рассказать.
Моя усмешка становится шире. Не получилось сдержаться.
Мы оба знаем — это такой способ флирта. Но, если отбросить мишуру, мне действительно интересно послушать Филиппа и отвлечься от своих проблем.
— Тогда рассказывай, — разрешаю я.
— Ты же помнишь из лекции, что созвездия — просто участки неба? — более серьезным тоном продолжает он. — Люди объединили в них звезды, которые увидели рядом. Но на самом деле эти звезды расположены на огромном расстоянии не только от нас, но и друг от друга.
— Ага…
— Всего созвездий около девяноста. Правда, из нашего полушария видна половина. Кстати, посмотри на юг.
Я поворачиваю голову влево и замечаю невысокую гору, которая слегка возвышается над темной гладью воды.
— И что я должна увидеть?
— Найди над горой конец Млечного Пути. Сегодня там должен быть Стрелец. Это одно из самых красивых созвездий, а еще в нем находится центр нашей галактики.
— Там? Правда?
Я указываю рукой на место, о котором говорит Филипп. Оно находится невысоко над горизонтом и мало отличается от других частей неба. Разве что Млечный Путь здесь слегка расширяется.
— Да, в двадцати шести тысячах световых лет от нас.
— Если это центр, там, наверное, очень много звезд, — предполагаю я. — Почему тогда он не светится ярко?
— Потому что межзвездная пыль рассеивает свет. Но в других диапазонах, например, в инфракрасном и радиодиапазоне, центр виден гораздо лучше. В самой его середине находится огромная черная дыра, которая называется Стрелец А. Она в четыре миллиона раз тяжелее Солнца, и вокруг нее крутится вся галактика.
— Ого! — Я подношу руку ко рту, не в силах сдержать удивления.
Какие же мы крошечные в масштабах Вселенной!
Такая дыра, наверное, легко проглотила бы нашу Солнечную систему, если бы мы не находились далеко от нее.
За разговором время летит незаметно. Филипп учит меня находить разные созвездия. Я очень радуюсь, когда действительно вижу их, а он радуется вместе со мной.
Я узнаю, что если созвездия придумали древние греки, то имена большинству ярких звезд дали средневековые арабы. Оказывается, у них была прекрасно развита астрономия.
Филипп рассказывает обо всем просто и интересно. Не грузит научными терминами, которые для меня темнее темного леса, что начинается за нашими спинами. И за это я ему благодарна.
С физикой в школе у меня было не очень. С огромным трудом дотянула до четверки, а при виде формул до сих пор бросает в дрожь.
Но если бы у нас преподавал такой учитель, как Филипп, возможно, я бы чаще получала отличные оценки.
— А теперь посмотри на Стрельца еще раз, — вдруг просит он.
— Зачем? — не понимаю я.
— Просто посмотри.
— Ладно.
Я вновь разворачиваюсь к югу и вдруг замечаю, как над самой горой срывается звездочка и падает в море!
— О! — Я сразу вскакиваю с бревна. — Ты видел?
— Да. — Филипп тоже встает. — Поэтому хотел, чтобы и ты увидела.
— Чудеса!
Даже не думала, что сегодня ночью увижу такое!
Да и вообще не помню, чтобы когда-нибудь наблюдала звездопад.
— Не чудеса, а метеорный поток, — поправляет Филипп. — Конкретно этот называется Альфа-Каприкорниды.
— Как-как? — морщусь я.
Умеет же он иногда испортить веселье.
— Каприкорн — по-латински Козерог. Поток назвали в честь созвездия, в котором его видят. Козерог находится рядом со Стрельцом.
— А, не важно… — отмахиваюсь я и опять перевожу взгляд на небо.