— У вас десять минут на то, чтобы переварить пищу, после чего мы начинаем. Сириус, — кошак посмотрел на меня, и в его глазах можно было увидеть проблески надежды, — надеюсь еда была вкусной? Потому что сегодня тебя ждет увеличение рабочего веса.
Покемон с безнадегой осмотрел своих товарищей, каждый из которых игнорировал его печальную морду. Кроме Виви, которая подошла и сочувственно погладила его ластой по голове.
Глава двадцать пять. Пещеры.
Вот уже как пару минут я очнулся, и слушаю непонятные стоны и кряхтения сбоку, но стоило открыть глаза, как эти странные звуки исчезли. Судя по падающим сквозь брезент палатки лучам солнца, сейчас уже утро.
— Крх… Тсц… — вновь услышал я натужные хрипы.
Повернув голову, я наткнулся на измученный взгляд Мисти, которая, судя по нелепой позе в которой та застыла, пыталась выбраться из своего спальника, что ей не совсем удавалось. Он был расстегнут до середины, давая вид на слегка съехавшую маечку, под которой виднелся аккуратный животик и бретелька бюстгалтера.
— О-отвернись! — покраснев взвизгнула Мисти, когда проследила за моим взглядом.
— Может быть тебе помочь?
— Нет! Сама справлюсь! И не смотри на меня-ай-яй-яй… — попытавшись резко зарыться в спальнике, Мисти воскликнула от боли.
— Хорошо, — легко улыбнувшись, я вылез сначала из спальника, а после и из палатки.
Сев у потушенного еще вчера костра, я принялся вновь его разжигать, стараясь игнорировать болезненные стоны, исходящие из палатки, сфокусировавшись на звуках окружающей меня природы.
Попивая свежеприготовленный кофе, я наслаждался видами роскошного леса, окружающего полянку, на которой и стоял наш лагерь. Особенно мое внимание привлекли десятки пиджи и спироу, что сидели почти на каждом дереве и с недоумением взирали на палатку, расположенную за моей спиной. Покемонов, очевидно, привлекли необычные звуки, и если обычные птицы и звери старались убраться подальше от источников шума и возможной опасности, то вот покемонам было любопытно, что-же такое происходит внутри. Некоторые пиджи даже хотели подлететь поближе, но видя меня, не осмеливались.
— Ух… — с перекошенным от боли лицом Мисти наконец покинула палатку.
— Тц… АЙ! У-у-ф-ф-ф… — она уселась возле меня, издав при этом протянутый вздох облегчения, за которым последовала очередная гримаса боли, — Я тебя ненавижу… — не могла не прокомментировать девушка мою довольную морду.
— Точно? — словно пытаясь задобрить я протянул ей кружку свежезаваренного кофе.
— Точно, — взяла протянутую кружку, скривившись от боли в мышцах, — но теперь чуть-чуть меньше.
Сделав смачный глоток, и довольно выдохнув, она снова слегка поморщилась, вызвав тем самым мой неодобрительный хмык.
— Что⁈ Я просто давно не тренировалась, вот и отвыкла уже!
— Ну, хоть мы и уделили внимание всему телу, но то была лишь разминка…
— Ты шутишь⁈ ЭТО разминка⁈ Ты почти час меня гонял по всей поляня-я-й… — в попытке активной жестикуляции, Мисти едва не облила себя горячим кофе, из-за болезненных спазмов в мышцах, — Разминка… Тоже мне… — еле слышно бурчала она себе под нос.
Немного успокоившись, она сделала еще один глоток, и с недовольством оглядела все также следящих за нами птиц.
— Вам делать нечего⁈ А ну кыш! — попыталась прогнать незваных зрителей, но те восприняли ее угрозы инертно, начав лишь активней переговариваться друг с другом.
— Ну, компания у тебя уже есть. Я пойду переоденусь.
Встав и направившись в палатку, я оставил Мисти одну. Девушка была увлечена попытками прогнать хмурым взглядом уже потерявших к ней интерес птиц. Те же в свою очередь просто общались друг с другом, игнорируя девушку, чем еще сильнее злили ее. На самом деле, зная Мисти, могу утверждать, что по утрам ее может злить абсолютно всё, так что удивляться тут нечему.
— Так. Завтра пойдем в лагерь к профессору Гарпу, изучать лунный камень. Сегодня же я хотел исследовать остальные пещеры, и ты, как я понял, компанию мне составить не желаешь?
— Ни зиляю… — передразнила меня Мисти, — Я еле хожу, о каких исследованиях вообще речь⁈
— Так тебе наоборот, надо через боль размяться, а то до завтра так и не придешь в норму. Давай! — подхватив ее за руки, я начал аккуратно, но неумолимо, поднимать девушку на ноги, игнорируя гневные протесты, болезненные стоны и агрессивное шипение.
Наконец подняв ее, я удостоился очередной порции ругательств, направленных, правда, не на меня, а куда-то в пространство. Я начал медленно растирать и растягивать все мышцы девушки, начиная с рук и заканчивая ногами. Всего пятнадцать минут, и Мисти могла совершенно свободно перемещаться, пусть и слегка прихрамывая.
— Ну вот, другое дело!
— Я тебя ненавижу… — сказала Мисти, вытирая выступившие от боли слезы.
— Зато теперь ты можешь свободно двигаться… Ну… Почти свободно, — поспешил уточнить, поймав ее злобный взгляд.
