И для Артура, и, особенно, для Олега Катя оставалась большой загадкой: была какая–то пропасть между ее чисто женской внешностью и отвагой человека, способного на любой отчаянный шаг. Для нее, казалось, не было границ и препятствий в стремлении к намеченной цели. Клокочущая энергия дышала в этом юном прелестном создании. Олег, которому было уже за тридцать и он, естественно, повидал на своем веку женщин, впервые встретил такую, которая смущала его мужскую природу, чем–то обезоруживала и побуждала держаться на расстоянии. Вот тот самый случай, где годится русская пословица «На бешеной козе не подъедешь». И если это впечатление лишало Артура всякого желания думать об амурах, хотя, как он полагал, Катя была того же возраста, что и он, для Олега же, умеющего проникать в непролазные дебри компьютера, Катя явилась существом таинственным и все более загадочным. В одном сходились Артур с Олегом: Кате можно верить, она не подведет.
Солнце едва поднялось над золотыми куполами Сергиево- Посадской лавры, когда Катя выехала из дачного поселка и на скорости сто двадцать — сто тридцать километров полетела в Москву. В милиции она застала Автандила лежащим в своей тайной комнате и стонущим от боли в голове. То место, по которому его ударил кто–то из его соратников, распухло и сильно болело. Он схватил Катерину за руку и, всхлипывая как ребенок, говорил:
— Не бросай меня, Кэт. Мне плохо. Я дам тебе дэнег на твою фабрику — ты только нэ бросай, а зови сюда доктора, профессора — много профессоров — пусть лечат!
— Собирайтесь! Я повезу вас в больницу.
— Нэт! — приподнял на подушке голову и завращал страшными глазами Автандил. — Нэ надо в больницу. Зачем больница, если сюда приедет любой профессор и даст лекарство.
И полковник уронил голову на подушку.
Катя не знала, что верный человек сообщил ему по телефону о готовящейся над ним расправе. Паханы его чеченской мафии не хотели простить ему дикой жадности: все деньги от продажи русских рабов он закладывал себе в сейф, и решили от него избавиться. Ждали только случая, когда он вылезет из своей берлоги, то есть выйдет из милиции. И он не выходил. Даже в больницу не хотел ложиться. И не подпускал к себе больше чеченцев. К нему могли входить только Старрок, подполковник Тихий да Катя.
Екатерина не настаивала; наладила ему свежую примочку, которую выписал доктор, дала утреннюю порцию лекарства и заказала в буфете завтрак. Автандил приободрился. Гладил своей горячей рукой руку Екатерины и как–то плаксиво, едва сдерживая истерию, говорил:
— Нэ знаю, пачему, но я смотрю на тебя, как на вершину горы Казбек, что у нас на Родине, и мне становится легче. Вот и сейчас… ты пощупай мою голову: опухоль стала меньше. Как ты пришла, она стала меньше.
Катя села в кресло у его изголовья. Слышала сердцем, что он хочет сказать ей что–то важное, и молчала, не хотела путать его мысли, побуждала к дальнейшим откровениям.
Автандил торопился:
— Катя! Катуш!.. У нас мало времени. Жизнь так устроена: летит как водопад. И меня, и тебя хотят убить. Худые люди всегда бывают жадные. Им всегда мало. Они думают, у меня много денег, и ждут больше, больше. Но это ладно. Переживем. К нам с тобой из Америки пришла новая беда: хакер прилетел. Ты знаешь, что такое хакер?.. Нет, ты не знаешь. Откуда знать, если ты женщина. У нас женщины совсем ничего не знают. Им и не надо знать, а тебе — надо. Хакер — это такой человек, который может взять деньги из любого банка и дать тебе. А?.. Ты теперь понимаешь, что такое хакер?.. И ты поймешь, почему его встречал Старрок. Хакер нужен стране, всем людям, а его забрали к себе Старрок и Трофимов. А?.. Это тебе чего–нибудь говорит?..
— Старрок — начальник милиции, ему поручил Трофимов. Все ясно.
— А–а–а… дэвка!..
— Я не девка, я женщина, — возразила Катерина.
— Ну, женщина — все равно — дэвка! Старрок, Трофимов положат хакера в карман. Ты этого хочешь?..
— Я хочу, чтобы хакер, если он уж умеет распоряжаться банками, служил нашей Родине, России.
— А–а–а!.. — застонал, как от зубной боли Автандил. — Родина, Россия… Это слова, как жил белый бычок. Ваш дедушка Крылов сказки детям рассказывал.
— Крылов писал басни.
— Сказки, басни — есть разница? Да?.. На свете есть деньги, а больше ничего нет. И еще квартира, а еще дача — вот это есть, а басни?.. Они нужны тебе?.. У тебя фабрика — она тоже есть. Но к ней нужны деньги. Много денег! Возьмем их у хакера.
— Да как же мы их возьмем, если хакер попал в распоряжение Старрока и Трофимова. Его закроют, будут охранять, и мы к нему не попадем. А если и попадем, как же у него попросишь деньги? Что он о нас подумает?..
Автандил сбросил одеяло, сел на диване. Из–под халата видны были волосатые, как у обезьяны, ноги. Повязка на голове сбилась, обнажив лысеющую со лба и смазанную йодом ушибленную голову. Вылезшие из орбит глаза страшно вращались, губы пересохли.
— Дэвка!
— Я не девка, а майор Екатерина, как вы обычно меня называете.
