— Хорошо, хорошо! Если он не хочет жить у меня — это его дело. И что он от меня побежал — будто я участковый, а он мелкий воришка, — тоже его дело. Как говорят в Одессе, в церкви тоже иногда храпят. Но вы скажите мне еще раз: он уже это сказал, что будет со мной работать? И только со мной.
Старрок ходил вокруг своего стола, двигал туда–сюда кресло, ногой задел за шнур телефона и чуть не упал. Он был небрит, волосы стояли торчком, — кажется, он забыл их расчесать. Но главные перемены случились на его лице: нос заострился и будто склонился набок, нижняя губа дрожала, а верхняя напряглась и как–то сжалась. Он был бледен.
Катя острым наметанным глазом все это разглядела и поняла: Старрок у нее в кармане. Он теперь будет трястись, как в лихорадке: ему засветили миллионы и их видение заслонило от него весь свет. Когда она вместе с подполковником Тихим, руководившим почти всеми операциями по задержанию с поличными групп преступников, завершала очередное дело, она видела, и знала, и слышала каждой клеткой своего существа, как Старрок, а вместе с ним и Автандил качали взятки из заинтересованных сторон и одного за другим отпускали преступников. Мафиози снова попадали на свободу и продолжали свои дела. И их затем долго не трогали, но проходило время, и на них снова производился налет. Генерал и полковник напоминали стервятников, сидящих на соседних деревьях и выжидающих добычу. И как только им бросали жертву, они кидались на нее и рвали на части. И трудно было понять, кто сильнее: генерал или полковник. Одно было ясно: за их плечами стояли другие стервятники, и те, другие, были тоже кровожадны.
Наконец, пришел час для майора Кати. Она поняла: можно терзать и мучить генерала и полковника, можно водить их за нос, а можно и столкнуть лбами… Вот только бы не ошибиться. Сейчас она ничего не скажет Старроку, не откроет адреса хакера, а сам он ни о чем не узнает, да ему и не надо знать. Ведь Грех сказал: будет на него работать и его единственного признает за хозяина. Олегу это тоже удобно, и генерал хорошо понимал своего будущего благодетеля. Вот только что он скажет Трофимову?.. Но и тут не было особых затруднений: генерала Трофимова они тоже возьмут в пай, а уж как там крутиться важному чиновнику, кому он будет давать взятки — его дело.
Комфортнее всего чувствовала себя Катюша. Она сейчас посматривала на дверь и думала: не войдет ли ее напарник по делам и верный друг подполковник Тихий?
— Вы спокойны, будто у вас остановилось сердце. Вы деревянная, железная!
Генерал стоял перед ней в позе провинившегося мальчика и сверлил воспаленными глазами.
— А мне нечего волноваться. За хакером я бежала по лесу, но он длинный и быстрый, как олень; разве его догонишь? Мне было плохо, я сидела ночью в лесу и плакала, но вдруг зазвонил телефон. Это был хакер. Его голос был так приятен, и он говорил мне любезности, обещал служить только мне, а вам велел передать, что признает вас за хозяина, но при одном условии: не ищите его и выполняйте его маленькие поручения.
— Буду, буду! Так ему и скажите. Он знает меня, а я знаю его. И еще немножко его знает Трофимов. Но с этим я разберусь сам. А вы мне скажите: этот горный шакал Автандил не пронюхал о нашем хакере?
— Думаю, что пронюхал, — спокойно сказала Катя.
— О–о–о! — застонал генерал. — Вы ему сказали?
— Ну, что вы? Я же не дурочка. Но он так расстроен, — что–то знает. Не хотел отпускать к вам.
— Но откуда?
Катя стала оглядывать стены, потолок, заглянула под стол.
— Что вы ищете? — испуганно завопил Старрок. — Шашку тротила? Бомбу?..
Катя невозмутимо и ангельским голоском говорила:
— Бомба потом будет, тротил — тоже… Если в дело идут большие деньги…
Она снова смотрела на потолок, оглядела стены…
— Но что вы ищете?
— Вас подслушивают. Жучки поставили.
— Жучки? Меня?..
— Да, вас. Мне как–то полковник говорил, что в Англии можно приобрести такие крохотные жучки.
И она снова смотрела, смотрела… Теперь и генерал обшаривал глазами стены, потолок. И полез под стол. А потом стал осматривать люстру…
Майор Катя встала в стойку смирно. Подчеркнуто вежливо и почтительно сказала:
— Господин генерал! Позвольте идти?…
И, не дожидаясь ответа, вышла. На устах ее гуляла озорная улыбка.
После завтрака Артур и Катерина объявили о своем отъезде в Москву: там, в милиции, их ждали неотложные дела. Олег вызвался доехать с ними до Сергиева Посада. И тут же позвонил своим друзьям с радиозавода, просил их приехать в Сергиев Посад и ждать его у входа в Лавру. А пока Артур готовил в гараже машину, он предложил Кате пройти с ним в сад.
— Я хочу снабдить вас деньгами.
— Деньги у меня есть. Небольшие, но имеются.
— Это хорошо, но у вас фабрика, много рабочих — я бы хотел им помочь.
Выписал чек на десять миллионов долларов. И сказал:
— Пройдите к директору банка Роману, передайте ему от меня привет и возьмите денег, сколько вам нужно.
— Так много? Никогда не держала в руках такой суммы. А еще говорите, что Старрок преувеличивает ваши способности.
