Директор стоял в сторонке и улыбался. Они не были так близки с Каратаевым, — Олег работал на заводе в конструкторском бюро и лишь незадолго от отбытия в Америку стал главным конструктором. И сейчас этот сутуловатый, синеглазый богатырь был для Вялова дороже всех людей на свете. В самый драматический для него момент, когда завод за бесценок хотели продать какому–то египтянину и директору уж предложили увольняться, из–за океана последовал звонок: «На счет завода перечислено сто миллионов долларов». Вялов не поверил своим ушам, позвал Малютина. Тот, услышав новость, взмахнул руками:
— Он! Конечно, это он, наш Олег!.. Он мне звонил, что–то говорил насчет своего хакерства. Посылайте бухгалтера, пусть получает деньги. Будем платить зарплату.
— Но-о… — замялся директор, — вдруг как меня возьмут за шкирку?..
— Но за что? Вас–то за что?.. Деньги перевели из Америки, а кто и почему — какое кому собачье дело?..
— А-а!.. Была не была! Будем тратить.
И стали давать зарплату рабочим, служащим. Рассчитались с государством, да еще закупили оборудование. Потом из Америки на их счет поступили новые деньги — однажды сорок миллионов долларов, а в другой раз двести пятьдесят. Директор закупил для рабочих и служащих сто квартир. Эта акция встревожила чиновников из министерства. Приехал заместитель министра. Вялов ему сказал:
— Мы наладили выпуск продукции, которая хорошо идет. И сделали отчисление в министерство. Вам это не нравится?
— За отчисление спасибо. Вы, кстати, сильно нам помогли, но… откуда деньги?..
Директор словно бы и не услышал этот вопрос; открыл сейф и достал несколько пачек долларовых билетов. Подавая чиновнику, сказал:
— Министр как–то говорил, что у него ничего нет в личном фонде. Вот вам наш вклад для пополнения этого фонда.
«Дипломат» чиновника раскрылся, и туда, словно в пасть крокодила, полетели пачки банкнот.
— Э-э, да ладно с этими допросами. Есть у вас деньги, и — хорошо. Будете пополнять личный фонд министра, и мы защитим вас от любой комиссии.
На том они и расстались. Сколько из подачки Вялова досталось министру, а сколько плотно улеглось в карманах его заместителя — об этом история никогда не узнает. Сейчас же друзья не могли нарадоваться встрече. А когда немного успокоились, повели деловую беседу. Сергей говорил:
— Начинается компьютерная война. Деньги и ценные бумаги будут главными участниками этой войны. Мы у себя на заводе создали группу хакеров, но у них пока ничего не получается. Мы научились перетаскивать со счетов деньги, но не знаем, как заметать следы. В банках стоят мощные системы слежения. Запустил хакер руку в банк, они тотчас же ее схватят. Узнают, где находится этот разбойник, и покажут вам точный адрес.
Олег слушал товарища и сочувственно улыбался.
— Это–то и есть самое главное: замести следы, показать совсем другой адрес шутника. Он протянул руку из Москвы, а их система слежения показала на Австралию. У меня есть друг, которого я считаю хакером номер один на планете; он русский, но уехал в одну из арабских стран под защиту дружественного нам короля. Там он потрошит все банки мира, а совершив операцию, ставит подпись: «Вася с Кергелена». Кергелен — это почти необитаемый островок у самого Южного полюса. Там чертовский холод и почти весь год бушуют ледяные штормы и страшные ветры. Попробуй, найди его там! Вот это и есть главная способность: сидеть в Москве, потрошить банки в Нью — Йорке и показывать всем на остров Кергелен, будто оттуда к ним рука протянулась.
Друзья улыбались и покачивали головой; понимали, что перед ними и стоит этот самый шутник с острова Кергелена, но никому в этом, даже им, своим лучшим друзьям, он под страхом смерти не признается. Улыбались и в душе во всем одобряли своего друга и благодетеля.
Директор сказал:
— Вы хоть и не Вася, но тоже кое–что можете. Так надо понимать?
— Дорогой Григорий Иванович! Я вернулся на родной завод и намерен совершенствовать механизм управления финансовыми потоками. Мы должны наладить такую мощную систему, которая бы в один миг способна была положить на лопатки всю промышленность самой развитой индустриальной страны. И пусть они думают, что сделал это «Вася с Кергелена». Пусть плывут на этот самый далекий Богом забытый островок и там среди отважных, закаленных под ледяными ветрами моряков ищут шутника с милым русским именем Вася. Пусть облазят самые глубокие пещеры, залезут на дно океана и там обшарят все щели! Васю они не найдут. Вася — имя русское. Кара им идет из страны, которую они ограбили и приговорили к погибели. «Вася с Кергелена» — это Робин Гуд, несущий возмездие погубителям России. Они его ищут. Лаборатория, в которой я работал, получила заказ на обнаружение Василия. Но мы с вами должны сыграть на опережение и разработать несколько схем надежнейшей непробиваемой защиты мстителя. Я затем и вернулся на Родину.
— Но тебя же схватят и закроют. Заставят работать на наших олигархов.
— Если найдут — закроют. И мне тогда придется работать и на олигархов, но главная забота — Родина моя, Россия. В любых обстоятельствах я буду работать на нее.
