Томас обернулся. Эвелин вошла в участок с федералом из другого подразделения, крепким парнем, похожим на бывшего спецназовца, который теперь назначил себя ее телохранителем.
Томас кивнул парню – у него не было ни желания, ни причин выставлять его за дверь – и обратился к Эвелин:
– Я послал двух офицеров к Уиггинсу. Грэг сейчас работает с агентами из КБРПД над стратегией расследования, я хочу, чтобы ты к ним присоединилась.
– Привезите сюда Фрэнка Эббота.
– Кого?..
– Сестра Норин погибла девятнадцать лет назад.
Томас помрачнел, переваривая новость. Норин изредка упоминала в разговорах о своей сестре, но так, будто сестра жива и здорова. И Эрл тоже так о ней говорил. Зачем им понадобилось держать смерть девочки в секрете?
– Фрэнк в моем списке не главный подозреваемый, – добавила Эвелин, – но он живет по соседству с тем полем.
– Нет, – возразил Томас, – между его участком и полем старого Баллока есть пустой дом.
– Я имею в виду, что Фрэнк живет ближе других подозреваемых.
– Я вообще в первый раз слышу, что Фрэнк у нас подозреваемый, – проворчал Томас.
– Его биографией занимаются агенты из КБРПД. Вероятность, что он причастен к похищениям, мала, но ее нужно учесть.
Она даже не сделала вид, что ей стыдно! Не доложить шефу полиции о новой версии – надо же! Впрочем, Томаса сейчас заботило другое: главное, чтобы Мэнди поскорее нашлась и все федералы убрались к чертовой матери из Роуз-Бей.
– Ти-Джей! – позвал он. – Привези сюда Фрэнка Эббота.
– Под каким предлогом? – удивился Ти-Джей, но в этот момент из коридора вышла Норин.
– Лучше я его привезу, – тихо сказала она, заметно побледнев.
– Нет, – покачал головой шеф полиции. – Если хочешь, можешь поехать с Ти-Джеем и попробовать уговорить Фрэнка явиться в участок добровольно. Но одну я тебя не отпущу.
– Он ничего плохого не сделал, Томас…
Норин выглядела ужасно напуганной, маленькой и беззащитной. Томасу сразу вспомнился тот день, когда его только назначили шефом полиции Роуз-Бей. Норин тогда пришла к нему в кабинет, представилась и спросила, когда он собирается ее уволить. И Томас сразу понял, почему отец Джека взял на работу в полицию девочку без образования и опыта: просто пожалел. А вскоре стало ясно и то, почему ее оставили на этой работе и почему поручали все больше обязанностей. Норин была трудягой. И еще она была очень умна и беззаветно предана полицейским, которым помогала изо всех сил, и городу Роуз-Бей. Насколько знал Томас, личной жизни у девушки не было, все свое время она посвящала работе.
– Почему вы не рассказали мне о сестре, Норин? – ласково спросил шеф полиции.
Она уставилась на свои туфли.
– Отец не хотел, чтобы люди об этом знали. А когда он умер… – Девушка подняла на Томаса виноватый взгляд. – Я не знала, как сказать о том, что скрывала долгое время.
– Я понимаю, Норин, Фрэнк – твой родной дядя, но постарайся взглянуть на ситуацию непредвзято. Есть хоть малейшая вероятность, что Фрэнк – похититель, решивший таким образом отомстить за Маргарет?
Норин покачала головой, но лишь спустя пару секунд – было ясно, что она не уверена.
– Поезжай с Ти-Джеем. Попроси дядю добровольно последовать за вами в участок и ответить на несколько вопросов, хорошо? И получи у него разрешение еще раз осмотреть дом.
Норин, судорожно кивнув, пошла за Ти-Джеем к выходу.
– По-вашему, это хорошая идея – отправить ее к Фрэнку? – спросила Эвелин.
– Она уговорит его приехать сюда. – Томас указал на дверь кабинета для инструктажа, где совещались Грэг и агенты из КБРПД. – Ты должна быть там. Поделись своими соображениями с агентами, расскажи все, что знаешь о преступнике, чтобы они могли задавать правильные вопросы подозреваемым. Уиггинса уже везут сюда. Да, вот еще что… Грэг сказал тебе о результатах вскрытия Бриттани?
Эвелин кивнула.
– Лорен осмотрели врачи в больнице, – продолжил Томас. – Никаких признаков изнасилования тоже не обнаружено. Ты уверена, что мы взяли верное направление?
Эвелин переступила с ноги на ногу, как будто устала стоять, и отхлебнула чаю. Выглядела она ужасно, еще хуже, чем прошлой ночью, хотя ей вроде бы удалось немного поспать. Томас мысленно взмолился, чтобы она не грохнулась в обморок прямо к его ногам, потому что полиции очень нужна была ее помощь. До назначения начальником участка в Роуз-Бей он много лет работал с уголовными делами, но то, что творилось в городе сейчас, выходило за рамки его понимания.
– У Уиггинса особая модель поведения. Он приманивал детей постепенно, пытался завоевать их доверие, в Вашингтоне потратил на это несколько месяцев.
– Я читал досье, – нетерпеливо взмахнул рукой Томас.
– Так вот, даже если бы девочки полностью оказались в его власти, он, вероятно, действовал бы так же – старался добиться их симпатии.
– Симпатии?! – воззрился на нее Томас. – Он держал их взаперти под землей!
– Да, тут нет логики, но в глубине собственной больной души Уолтер нуждается в оправдании за то, что делает. Он убеждает себя в том, что девочки сами этого хотят.
Томас выругался.
– Это…
