То, что полицейские врывались в дома и квартиры на первый взгляд вполне добропорядочных граждан, зачитывали им обвинение под дулом своих плазмомётов, а затем пристёгивали их тюремным креслам-кушеткам на антигравитационной подушки и всё это происходило практически повсеместно в одно и то же время, не очень-то огорчило венатуанцев. Им уже на протяжении почти тысячи лет вбивали в голову мысль, что торговля смертью это самое отвратительное преступление, и что как продавец, так и покупатель этого товара не заслуживают никакого снисхождения. Если раньше поймать кого-либо с поличным полиции удавалось крайне редко, ведь наёмные убийцы действовали изощрённо и никаких улик не оставляли, то теперь все они получали исключительно точную наводку, вот только приказа «Уничтожить», им не поступало, но зато имелся приказ — "Задержать такого-то за такое-то преступление и доставить в здание суда".
Одновременно с этим все средства массовой информации объявили о том, что экс-диактаторами и диктатором Вейрелором совместно с отрядом ликвидаторов межгалактического корпуса розыска и уничтожения особо опасных преступников создано девять Верховных судей, свободно мыслящих суперкомпьютеров, впитавших в себя жизненный опыт и интеллект тридцати восьми диктаторов, к которым может теперь в любой момент обратиться каждый гражданин Венату. Далее подробно объяснялось, что для этого нужно сделать. Уже через пару часов венатуанцы раскупили все имеющиеся в торговле ментоскопы. Те, кому они не достались, были вынуждены покупать комплектующие, чтобы собрать это устройство самому. Денис ошибся в своих предположениях. Для венатуанцев сразу же стало чуть ли не делом чести пообщаться с Верховным судьёй, но вместе с тем его и самого охватило чувство гордости, когда он узнал, со сколькими венатуанцами сразу общались его детища и при этом никому не было отказано в праве доступа.
О чём говорили венатуанцы с Верховными судьями никто не знал, это информация сразу же была объявлена чуть ли не государственной тайной, но все, похоже, остались довольны. Правда, диктатор Вейрелор, а они в тот момент сидели рядышком, с удочками у реки, насмешливо поинтересовался:
- Дэн, кем же теперь станут для венатуанцев Верховные судьи, если венатуанцы вот уже второй месяц болтают с ними? У меня создалось такое впечатление, что некоторые типы связываются с ними по несколько раз в день.
- Вейрелор, вы ведь дали им не только Верховного судью, но ещё и духовника. — Ответил диктатору Минг Ншанг, сидевший на берегу неподалёку, но без удочки в руках — Хотя я и старше Крестоносца в несколько раз, но меня частенько тянет поговорить с ним. Этот молодой человек умеет найти такие слова, что после разговора с ним я засыпаю практически мгновенно.
Денис поддакнул:
- Да, диктатор Вейрелор, это так. Мы не делали этого специально, но любой из вас ведь сродни Вацеку. Как и он, вы тоже считаете всех венатуанцев своими детьми и готовы поговорить с каждым, чтобы приободрить его, но у вас на это нет времени. Даже сейчас, когда вы находитесь на отдыхе, почти три десятка ваших секретарей находятся неподалёку. Зато у Верховного судьи есть время на разговор с каждым венатуанцем.
Диктатор вздохнул и сказал:
- Ответственность оборотная сторона власти, Дэн. Для того, чтобы диктовать свою волю трёмстам с лишним миллиардам своих сограждан, диктатор должен быть очень ответственным. Меня таким сделала служба в военном космофлоте. Там я тоже нёс личную ответственность за каждого своего подчинённого по приказу командования, но как твой друг Вацлав отважился взять на себя такую ответственность? По чьему приказу он несёт свою ответственность?
- О, диктатор Вейрелор, у него имеется своё начальство, Святая Церковь и Бог. — Ответил Денис — Он ведь священник и потому наш капеллан, то есть военный священник.
- Я знаю, кто такие капелланы. — С насмешливой улыбкой сказал диктатор — Они были и у нас на заре нашей цивилизации, но прошли тысячелетия и венатуанцам уже не стал нужен Бог, мы заменили слепую веру в него наукой, но кое-что всё же оставили и потому хотим, чтобы после смерти наш прах вернулся на Венату. Поэтому мы стараемся как можно лучше обустраивать свою жизнь на искусственных планетоидах и храним свою планету для наших потомков такой, какой она была в те временя, когда венатуанцы мало чем отличались от животных.
