- Так какую всё же ставку вы назовёте на этот бой, леди Трэш? — Широко улыбаясь спросил устроитель, но глаза его при этом смотрели на даму, сидевшую перед ним, настороженно.
Алари, ловко выдававшая себя за леди Трэш Салвур с Тридейры, состроила постную мину и с вызовом спросила:
- Господин стур-Валек, вы что, издеваетесь? Я вам ещё месяц назад сказала, что ставлю на кон семьдесят два миллиона галло. — И с горестным вздохом добавила — Это почти всё, что мне удалось выручить за всю свою недвижимость. На Тридейре меня уже ничего, кроме неприятностей, не ожидает, поэтому я хочу отправиться в какое-нибудь небольшое вольное космическое поселение, расположенное как можно дальше от больших миров, купить себе там хороший бизнес и пожить на природе пару сотен лет. Надеюсь, что Хайдокан не подведёт меня и на этот раз.
Устроитель подпольных смертельных поединков стур-Валек Ринджи энергично закивал и с готовностью согласился:
- Да, в наши беспокойные времена это самое правильное решение, леди Трэш. Я и сам намерен так поступить, но вы уверены в том, что ваш Хайдокан не подведёт вас и выйдет победителем в пяти схватках подряд? Что произойдёт с вами тогда?
- Он обязательно победит, господин стур-Валек. — С ироничной улыбкой ответила леди Трэш — Он очень любит свою хозяйку и не оставит её нищей. Так ведь, Хайдокан?
Денис, выдававший себя за свирепого на вид, бородатого верзилу, одетого в элегантный белый костюм с чёрной рубашкой, мотнул головой и свирепо прорычал:
- Я порву всех бойцов и зверей, Трэш.
Стур-Валек усмехнулся и принялся набивать цену:
- Да, как я вижу, Хайдокан всё так же хорош, леди Трэш, вот только на то, чтобы устроить такую схватку, мне понадобится не менее трёх недель.
Желтые глаза леди Трэш, ярко-горящие на тёмно-зелёном, красивом и холёном лице, тут же превратились в угли и она заявила жестким, непреклонным тоном:
- Вы, кажется, не понимаете, стур-Валек, что я не намерена шутить тут с вами. Ещё месяц назад вы назвали мне точную дату и место, а теперь пытаетесь поиграть со мной в какие-то игры. К вашему сведению, я уже купила билеты для себя и Хайдокана на чартерный рейс, так что прекратите это представление, пока не почувствовали на себе, какова хватка у моего бойца. Тем более, что я женщина и всегда могу сказать полиции, что вы пытались меня изнасиловать, а мой телохранитель тут же явился ко мне на помощь. Поединок состоится сегодня в полночь или вы немедленно выплатите мне неустойку в размере тридцати шести миллионов галло и я тут же покину ваш офис.
Это подействовало и устроитель боёв, всплеснув руками, поторопился сказать:
- Хорошо-хорошо, леди Трэш, бой начнётся в полночь, но вам и Хайдокану придётся сдать кровь на генетический анализ. Так захотели остальные владельцы бойцов и хищников. Они хотят убедиться в том, что вы это вы.
Глаза леди Трэш вновь налились кровью и она прорычала:
- Я никогда не сдавала кровь на анализ раньше, стур-Валек и не стану делать этого сейчас. Мы все рискуем одинаково из-за этих чёртовых чистильщиков, а потому выбросьте этот бред из головы и скажите, куда я должна приехать в полночь.
- Хорошо-хорошо, — снова затараторил стур-Валек — но тогда вы скажете мне, где вы остановились и мои охранники заедут за вами, а то ведь в Стурии недолго и заблудиться.
Тридейриванка миролюбиво кивнула и промурлыкала:
- Вот и прекрасно, что мы обо всём договорились, господин стур-Валек. Я остановилась в отеле «Шаур», номер семьсот двенадцать, но к месту проведения боя полечу на своём флайере. Я взяла его напрокат три часа назад. Это хорошая машина. С зашториваемыми окнами и в ней поместятся хоть пять ваших охранников. Вы ведь знаете меня не первый год и должны привыкнуть к моим привычкам.
Стур-Валеку ничего не оставалось делать, как согласиться с леди Трэш, хозяйкой одного из лучших бойцов на три тысячи световых лет окрест. Только на этих пяти поединках он должен был заработать не менее сорока трёх миллионов галло, но его обуял азарт и он, кивнув в знак согласия, спросил:
- Леди Трэш, вы позволите мне увеличить вашу ставку до ста пятидесяти миллионов галло? Очень многие считают, что Хайдокан уже не тот и потому надеются на победу своих бойцов.
