Алари молча кивнула и поднялась из кресла, а устроитель боёв радостно заулыбался. Настоящая леди Трэш вот уже полтора месяца, как мирно спала в камере анабиоза, а её, по сути дела, раб Хайдокан, освобождённый от специального имплантанта, державшего его в полном повиновении, проходил курс реабилитации и даже выбрал для себя новый мир для постоянного места жительства. На свою родную планету — Виршаун, он вернуться не мог по той причине, что ему там нечего было делать. Её обитатели только-только перешли из бронзового века в железный и он стал бы для них слишком большой угрозой. Такому парню, как Хайдокан, ничего не стоило превратиться там со своими новыми знаниями в завоевателя похлеще Александра Македонского. Он это, слава Богу, прекрасно понимал, а потому решил отправиться в одно космическое баронство, в котором мог спокойно жениться на виршаунийке, чтобы жить, работать, растить детей и внуков в ожидании того дня, когда остальные его сородичи разовьют свою цивилизацию настолько, что она выйдет в Большую галактику если не самостоятельно, то с помощью людианцев.
Денис и Алари вернулись в отель и принялись ждать, когда за ними прилетят охранники стура-Валека. Вот уже более двадцати пяти лет викинги работали по-новому, а точнее, по-старому, то есть точно так, как работали все остальные ликвидаторы. Они анализировали информацию, которой их снабжала полиция, определялись с местом очередной зачистки, ориентируясь на самые дерзкие и кровавые преступления, и находили тех, кто их совершил. Иногда они пользовались роботами-разведчиками, но гораздо чаще обходились без них. Во всяком случае каждые полгода «Варяг», следовавший за ними по пятам, отправлялся на Парадиз, население которого из года в год прирастало. На Шелферу спустилось всего пятеро чистильщиков, — Денис, Алари, Деви, Рогаш, ну, как же без него, и Кармен, она никогда не оставляла своего парня наедине ни с одной своей подругой. Не то что бы из ревности, а так, на всякий случай. Главным образом они прилетели сюда из-за того, что повязали полтора месяца назад леди Трэш, злобную и циничную садистку, жившую только за счёт гладиаторских боёв до смерти, уже убившую более трёх десятков своих рабов, причём не на арене, а за её пределами.
Вскоре этой алчной и злобной стерве предстояло познать, что такое тяжкий труд ради куска хлеба и хотя благодаря её наводкам викингам удалось повязать ещё полторы сотни содержателей бойцов и хищных животных, а также добрых две дюжины поставщиков рабов, сортом намного хуже Саакша, их работа в этом направлении ещё не завершилась. На Шелфере должен прозвучать последний аккорд очень печальной песенки про леди Трэш. Сегодня ночью они должны, что называется, под камеру, повязать добрых десятка три жестоких и бессердечных тварей и устроить для всех остальных жителей Шелферы показательное аутодафе с дымом и жирной копотью. Такие акции действовали на всех тех господ, кому хотелось вкусить запретных плодов, очень отрезвляюще. Наверняка уже на следующее утро довольно большое число шелферийцев явится в полицию с повинной, лишь бы не превратиться за совершенные ими преступления в вонючую, жирную копоть, которая липкими хлопьями осядет вокруг полевых мобильных крематориев.
Полиция станет, как всегда, ликовать, а обывателям не останется ничего делать, как с унылыми лицами рукоплескать ликвидаторам, сумевшим изгнать из галактики Лаэнэр "Тихую воду". Как это и предполагал Денис, Тихая Вода тихонько слилась в унитаз и о ней вот уже десять лет никто не слышал ни слова. Разумеется не от её секретарей по связям с общественностью, а от тех адептов, у кого не хватило денег на то, чтобы убраться куда подальше. Они попадались довольно часто в сети викингов, но случалось и так, что кто-то предпочитал вышибить себе мозги из плазмомёта сам. Однако, это вовсе не говорило, что с преступностью удалось покончить. Если с ней не мог справиться гигантский полицейский корпус, то что мог сделать крошечный отряд храбрецов с этим огромным чудовищем? Поэтому Денис даже и в мыслях не держал никаких грандиозных планом. Викинги монотонно делали свою работу и уже побывали в сотнях миров галактики, а ведь их были тысячи.
