— Они пытают её уже несколько дней подряд, — выдохнул горячий пар сквозь ноздри дракон. — Хотят нанести ей как можно больше боли. Дагур думает, что ты уже не придёшь за ней, поэтому отыгрывается так. Он посчитал, что, когда ты узнаешь о её смерти, то будешь винить себя в этом. Эта боль будет куда хуже, нежели если бы ты не успел её спасти. И он знает это.
— Он ответит мне за это, — в тихом рыке парня было слышно столько гнева, что большого салатового дракона передёрнуло.
Не успела рептилия ничего ответить, как парень уже беззвучно ретировался, желая найти камеру, где пытали Астрид и убить каждого, кто имел к этому хоть какое-то отношение. Неожиданно Иккинг услышал тихий вскрик. Это Астрид!
Заклинателем уже двигал не здравый смысл, а гнев и злость на Берсерка, который осмелился только поднять руку на девушку (парень даже не представлял, что сделает с тем, кто посмел ударить её). Не разбирая дороги, Иккинг всё так же беззвучно нёсся по длинным каменным коридорам, которые, ко всему прочему, были ещё и плохо освещены, что несомненно играло на руку парню в маске, желая поскорее найти ту камеру, где была девушка.
Крики становились всё громче и громче, а гнев Иккинг всё рос и рос. Неожиданно всё затихло. Парень остановился, начиная вертеть головой, чтобы понять, куда его в завели крики Астрид. Снова раздался крик. Выпустив лезвие из бруска, который был сделан из прочного и очень лёгкого металла Громмеля, Заклинатель ногой толкнул дверь, за которой громче всего были слышны крики Хофферсон. Дверь с громким стуком о каменную стену распахнулась.
Перед Берсерками предстал разъярённый парень в костюме из переливающейся чешуи и с огненным мечом в руке. Сквозь маску были видны горящие гневом зелёные глаза Заклинателя. Один из Берсерков вскрикнул, расслабляя кулак, в котором сжимал светлые волосы Астрид, отчего та сдавленно простонала.
Злость взяла своё, и Иккинг, долго не думая, снял с бедра клинок и кинул его в первого воина. С тихим охом мужчина осел за спиной плачущей девушки, которая не сводила взгляда с парня. Она не могла поверить, что спустя несколько недель он пришёл, чтобы спасти её. А ведь Дагур так долго утверждал, что он не придёт за ней, что она не нужна ему.
Но он сейчас здесь, он рядом, пусть и убивает всех по одному, точно метая кинжалы в самое сердце. Пятеро мужчин, которые были в камере, уже лежали на полу, когда Иккинг с громким щелчком убрал горящее лезвие. Тут же подлетев к плачущей взахлёб Астрид, упав перед ней на колени и скинув маску, Заклинатель дрожащими руками взял лицо Хофферсон и провёл большими пальцами по щекам, стирая слёзы, которые даже не думали останавливаться.
— Тише, милая, всё будет хорошо, я здесь, тебе больше нечего бояться, — зашептал Иккинг, губами припадая к губам блондинки, а руками тем временем пытаясь развязать верёвку на её запястьях.
Астрид тут же запустила руки в волосы парня, желая убедиться, что это не сон, что он не кажется ей, что это не бред.
— Почему же тебя не было так долго? — Отрываясь от губ Иккинга, в ответ прошептала она. — Дагур сказал, что ты не придёшь за мной, что я не нужна тебе.
— Кто бы и что бы не говорил, никогда не верь этим людям, — выдохнул сын вождя. — Я никогда не покину тебя, никогда не оставлю. А если кто-то посмеет оспорить мои светлые чувства к тебе, то будет иметь дело со мной и моим огненным мечом.
— Скоро должен прийти Дагур, — судорожно вздохнула Астрид. — Он всегда приходит после моего избиения.
— Как же я виноват перед тобой, что не смог прилететь раньше, — покачал головой Иккинг, начиная прислушиваться ко всему, что происходило за дверью.
— Я что-то не понял, — раздался крик, в котором Заклинатель узнал голос своего двоюродного брата. — Вы чем там занимаетесь, что она не кричит?
========== Глава 35 ==========
POV Автор
Удар, обманный замах, и удар ногой в живот, но не с целью пробить защиту Берсерка, а оттолкнуть воина от себя подальше. Ещё один замах, и огненный меч надвое раскалывает любимую секиру Дагура Остервенелого — вождя Берсерков.
Безудержный гнев полыхал в зелёных глазах Заклинателя, который методично и точно наносит удары своему противнику, который с трудом уворачивался. Но в последний раз ему это сделать не удалось, и горящее лезвие прошлось по незащищённой коже шеи, оставляя там глубокий порез с тут же запёкшейся кровью.
Сделав подножку, Иккинг тут же навис над упавшим парнем, приставляя к его горлу свой огненный меч. В его глазах отражались блики огня, которые придавали его взгляду ещё больше уверенности и силы. Вождь Берсерков дрожал, но старался не показывать этого, чтобы вдруг не почувствовать, как сила и уверенность в глазах его врага растёт.
— Ты зря замахнулся на то, что принадлежит мне, — на грани драконьего рыка произнёс парень, с ужасным трудом сдерживая себя, чтобы не убить Дагура.
