План был прост: добраться до городка, зарегистрироваться в гостинице, потом сделать вид, что отправляюсь на ужин, а самой поймать машину и гнать до самой столицы!
Не открывая глаз, я положила ладонь на предплечье и прощупала место чипирования. Ничего. Подобные штуки входят под кожу сами, выделяют заживляющие вещества и прячутся от посторонних глаз так долго, как того потребует ситуация. В психиатрических клиниках их используют для слежки за динамикой пациента, а также, чтобы его всегда можно было найти, но нельзя было самостоятельно выгрызть. Кто мог подумать, что я стану носителем одного из подобных?!
Пережитый ужас действительно взял свое и я начала проваливаться в сон, когда машина стала замедляться. Сквозь дрему я прислушалась.
– …только въехал в лес перед запретной зоной. – водитель с кем-то говорил по связи. – Конечно, мы остановимся у обочины и подождем. Никаких проблем, капитан.
Сон как рукой сняло. Я дернулась к водителю:
– Кто там? Нет-нет, я категорически против! Мы не можем останавливаться до гостиницы!
Водитель виновато улыбнулся, пожал плечами.
– Простите мисс! У капитана Шульца зеленый допуск. Даже если я откажусь, казенную машину выключат по его приказу, и мы заглохнем.
Как в подтверждение его слов сзади мигнули чужие фары.
Я судорожно огляделась: вокруг сплошной лес. Мы действительно оказались на просеке, и я понятия не имела как глубоко.
– Все в порядке, мисс? – голос водителя заставил подпрыгнуть. – Вы сильно побледнели!
– Мы точно не можем уехать?! – просипела я, уже не пытаясь скрыть панику.
Мужчина пожал плечами.
– Без шансов. Машина уже заглохла, систему отключили извне.
И тут раздался выстрел. Пуля влетела в заднее стекло и со звоном отрикошетила от тонированной поверхности, но оставила узор из трещин.
– Нападение! – возвестила капсула. – Немедленно покиньте транспортное средство!
Дверь открылась автоматически. Не соображая, я вылетела из машины и побежала.
Сердце бешено колотилось, пока я неслась в неизвестном направлении. Сапоги утопали в сугробах, мешая бежать. Только я хотела остановиться, когда сзади раздался еще один выстрел. Нога зацепилась за что-то и я споткнулась, кубарем полетела в овраг.
Я умерла? Если да, то в смерти нет абсолютно ничего интересного – сплошная тьма. Скучно!
Интересно, как там Василиса? Она точно ворчала на похоронах за то, что я сбросила на нее Тео. Хотя, какие похороны? Не думаю, что тело удастся найти в тех чертовых лесах… Тем более если каким-то образом я оказалась в аномальной зоне! Там, даже если меня и обнаружат, то поместят где-нибудь в лаборатории под грифом «совершенно секретно».
Тьма сменилась светом. Я не спеша двигалась куда-то сквозь тоннель, чьи стены казались сотканными из сверкающих молний. Временами интерес к происходящему просыпался, и я пыталась дотронуться до светящихся стен, но молнии отскакивали, обтекая мои ладони.
Вдруг тело все же найдут, что тогда? Интересно, мама вообще отреагирует? А отца на похороны позовет? Ему в любом случае сообщат – всем кровным родственникам приходит автоматическое уведомление. Нет, не хочу, чтобы он приходил, Васька только расстроится еще больше.
–
Женский шепот пробился сквозь общее потрескивание.
Коридор из молний вдруг закончился, из него я вышла на темную площадь. Огромный черный замок упирался башенными пиками в грозовое небо. Вокруг было не протолкнуться – люди в шкурах и шерстяных плащах заполняли все свободное пространство. Это не Единство…
–
Чудики в древних одеждах не видели меня, кажется, вовсе застыли, как на симуляторе. Посреди толпы оказался круг, сложенный плоскими камнями, а в кругу два мужчины, застыли в пылу битвы. Все люди вокруг казались декорациями, не настоящими, и только эти двое привлекли мое внимание.
Молодой мужчина стоит на коленях, голова опущена. На нем нет рубашки и видно, как все тело покрывают полосные раны. На левом плече огнем горит какой-то символ. Второй, гораздо старше и болезненнее, занес над головой мужчины меч, но свободной рукой тянется к его татуировке. Языки пламени тянулся к тощей ладони.
Что-то с ними было не так…
Обзор закрыла невесть откуда взявшаяся Кристина Красович. Прежде, чем я успела удивиться, руководительница коснулась моего лба большим пальцем и приказала:
–
На меня словно свалилась бетонная плита. Каждая клеточка тела горела, каждая кость будто была сломана. Я пыталась кричать, но горло сдавил спазм, выпуская лишь жалкое подобие стона.
Сонное безразличие пропало, безумно хотелось дышать.
Фирия. Ливхельм. Мыс Четырех.
