- Вместо шуток пошлых стану лишь премудрости изрекать! – Продолжал мечтать будущий философ.
Я взглянул на книги, первая всемирно известная «Майн кампф»,в переводе Говенного,(Оригинал я видел среди порножурналов Улюлюля.), а вторая учебник по истории Родины для школьников автора Интернационалова с названием «Страна в говне» - Даже задницу вытирать противно, - подумал я. - Нашел же, чудак, на что силы и время тратить! – Книги были добротными: в красивом кожаном переплёте, напечатаны на пергаменте. По видимому для их издания Сруль Акакиевич смастерил печатный станок. - Эх, его бы деятельность, да в добрых целях!
- Что то не слыхала я от покойного никаких премудростей. – Возразила Оли. – Глупости только, гадости и бахвальство! Итак умный не такой уж, а теперь ещё, совсем полного идиота в пример себе хочешь взять?!
- Брат мой Ульрих, ты и так,
Исключительный…, муд…,мудрак! – Эрик сочинил новую эпиграмму.
- Это, что за слово такое, мудрак!?
- Нравится?! Сам придумал. Это такой мудрец. Настолько мудрый, что мудрость его ото всюду прёт, но никому не понятна, даже ему самому. – Растолковал кентавр ехидно улыбаясь.
- Да я такой. – Вздохнул Улюлюль. – Исключительный.
- Нашел на кого равняться! – Поддержал кентавриссу вампир. – Ты же его ненавидел!?
- Ненавидел. – Вздохнул Улюлюль. – Презирал. А теперь сожалею.
- Да. Такой смерти никому не пожелаешь. – Согласился я.
- А мне его нисколько не жаль! – Воскликнула Оли. – Такого мерзавца и дурака ещё поискать надо! Он всех нас хотел погубить, и чуть не погубил! А смерть подобная его, постигала и гораздо более достойных существ! Тем более, что в своей гибели виноват только лишь сам Говённый!
- До такой подлости и вампиры не опустились бы! – Воскликнул Стрекотун.
- Подлость Владлена Карловича соразмерна его-же глупости. – Подытожил с умным видом Дебил.
- У нас говорят: - О мертвых либо хорошо, либо ничего. Оставим его в покое – Предложил я.
- Правильно! А так как об этом нехорошем жмурике, хорошего то и сказать нечего, то хорошо было бы, ничего о нём и не говорить.
- Ты сам то понял, что изрёк - оратор? – С удивлённой улыбкой спросила Оли. – Или ты тоже мудрец особенный, исключительный?
- Если бы мы могли его хотя бы похоронить по обычаю землян? – Вновь произнёс Улюлюль печально.
- Ага. Памятник поставить – бронзовый Сруль в натуральную величину. Или нет, как-то скромновато для такой выдающейся личности – в величину Тлалока! Вот только кто-же отливать его будет? Главный пушкодел то скопытился! – Продолжал глумиться Эрик.