- Дождик теплый! Ну, пошли, побегаем. Не будь таким скучным, - с этими словами Оли вытащила меня из пещеры и бесцеремонно усадила на спину. Обхватив изящную талию, я еле удержался на мокрой спине, когда кентаврисса рванула с места в галоп. Радостно хохоча, она носилась по долине, перепрыгивая через огромные валуны и заросли кустарника. Я соскользнул со спины кентавриссы и, продолжая держаться, оказался пред ней, обняв ее талию. Оли сразу остановилась. Ее грудь возбуждённо вздымалась. Кентаврисса жадно вдыхала воздух открытым ртом. Сверкающие, как две звезды, огромные голубые глаза глядели на меня, исполненные нежности и страсти. Оли опустилась на колени, нежно обняв меня руками. Ее горячие алые губы коснулись моих, сначала легонько, потом сильнее, пока, наконец, не впились в них с жадностью замученного жаждой странника, нашедшего спасительный источник. Она вся пылала от страсти. Ее пухлые губы были так соблазнительны и желанны, что просто лишили меня остатков здравого смысла. Сопротивляться красавице было невозможно. Я целовал ее губы, шею, плечи. Оли сняла с меня рубашку и прижалась ко мне большой упругой грудью, прохладной от дождя. Моя рука легла на ее восхитительную округлость, и красавица подалась всем торсом навстречу ей, блаженно прикрыв глаза.
- Я люблю тебя, - шептала она. – Люблю больше всех на свете.
Я склонил лицо к ее белоснежным вершинам, покрывая их поцелуями. Дрожь пробежала по всему телу кентавриссы. Оли прижала мою голову между грудей, каждая из которых была как минимум равной ей по величине.
- Как хорошо! Что это со мной? Я никогда не чувствовала подобного, - срывалось с ее прекрасных губ.
- Что же я делаю! Такого ведь не должно быть! – Молнией пронзило мой мозг. – Нет Оли! – Закричал я, с силой вырвавшись из пылких объятий. – Я не могу так! Так нельзя!
Оставив удивленную и расстроенную Оли на лугу, я удалился прочь. Дождь прекратился, и над горами взошла радуга. Первая радуга за многие годы.