«Абсолютно незачем», – подумала я, подписала договор на аренду, притулившись на скрипучем старом стуле, получила ключи, отдала деньги – в отсутствие телефона и доступа к интернет-банку наличные очень пригодились! – и через десять минут наконец осознала, что самый насущный вопрос – с жильем – закрыт.
Здравый смысл утверждал, что теперь стоит прилечь и поспать хотя бы пару часов, чтобы вечером не быть вареным оладиком. Но любопытство победило, и я пошла разведывать дорогу к ближайшему магазину. А возвращаясь домой с хлебом, чаем, пряниками и замороженными куриными крыльями, наткнулась на соседку по лестничной площадке.
– Здрасте! – пискнула я, пытаясь быстро и независимо повернуть ключ в замке. Но тот, как водится, назло застрял и подыгрывать мне упорно не желал.
– Еще одна… – вздохнула соседка, похожая на высушенную рыбину, и смерила меня неприязненным взглядом. – Только в прошлую пятницу одну в морг увезли, теперь вторая заехала.
И вдоволь насладившись моим обалдевшим видом, уплыла к себе.
Я же осталась на пороге квартиры, сумев наконец справиться с замком…
Только вот внутрь уже не особо хотелось.
Заходить в квартиру было страшно, стоять в дверях – глупо, телефона, чтобы позвонить хозяйке и срочно все переиграть, у меня не было, поэтому пришлось призвать на помощь отчаяние и логику.
Отчаяние – потому что бежать куда-нибудь и там страдать сейчас было решительно невозможно. Бежать некуда, а страдалка слишком устала за последние несколько дней и отключилась в самый ответственный момент.
Логику – потому что я не в фильме ужасов, а в маленьком сибирском городке на меньше чем тридцать тысяч человек, с двумя автобусными маршрутами, первый из которых идет до городской свалки и стрельбища, и второй ровно туда же. Интуиция подсказывала, что развлечений тут не особенно много, а вот сделать соседке гадость – какое-никакое, а веселье. Может так быть, что кто-то просто завидует дополнительному доходу от сдачи квартиры и специально выживает жильцов? Может. Может так быть, что кто-то раздул из мухи слона? Может. Может быть что угодно. Главное, выяснить, что тут правда, а что…
К тому же видели мы уже одного «мертвого» в дружеских соцсетях. Буквально вот недавно.
При этом воспоминании я так разозлилась, что шагнула в прихожую, захлопнула за собой дверь, решительно прошла в комнату и уселась по-турецки на пол рядом с рюкзаком. Рядом, из-под старенького потертого кресла, торчал уголок бумажного листа. Я зачем-то подцепила его и потянула. Такой же, как и на кухне, плотно исписанный мелким угловатым почерком. Чтобы хотя бы несколько минут не думать: «Ну, и что мне теперь делать в потенциально нехорошей квартире?» – я углубилась в чтение. Тем более что все равно ни черного кота, ни примуса рядом не наблюдалось, масло на трамвайные пути по дороге сюда никто не разливал, Патриаршие пруды остались в далекой Москве, и этот сценарий про вмешательство дьявола в мою жизнь отметался.
Через пару минут я отложила листок в сторону и потерла виски.
Перед глазами плыло, как будто я решила почитать слишком мелкий шрифт без очков… Хотя стоп. Очки я никогда не носила. Откуда вообще эта мысль-то?
Треть слов из написанного я понимала, но они складывались в какие-то странные конструкции, которых ни в русском языке, ни в других знакомых я никогда раньше не встречала.
Еще треть была терминами. Похоже на латынь.
И еще треть – пяти- и шестизначными числами, обозначающими, судя по всему, какие-то действия, но для того, кто не знал ключа к их генерации, абсолютно бесполезные.
Больше всего прочитанное походило на… алхимию. Алхимию на современный лад. Как если бы создатель философского камня решил перевести архаичный трактат на язык сегодняшней науки. Причем не самый прилежный и аккуратный создатель, потому что на листке было полно помарок, зачеркнутых фраз, правок и примечаний на чистейшем, местами русском языке. Собственно, это была единственно понятная мне часть сочинения. Жаль только, что состояла она в основном из слов типа «блин», «опять фигня», «на хрен это нужно?», «wtf» и прочей экспрессии.
А еще… Я прикрыла глаза. Да, точно. Несмотря на то что я мало понимала – ну, кроме того, что какую-то субстанцию нужно было трансформировать в другую субстанцию по нескольким формулам, – общая композиция и ощущение от написанного здорово напоминали мне собственные рисунки. Те самые темные города с химерами. Многослойные, многоуровневые, замысловатые, которые начинаются с одного сложного завитка, а потом разрастаются на весь лист. Кто бы ни написал это, он явно мыслил… похоже.
Так.
Ладно.
Я сложила лист и положила в рюкзак, отнесла пакет с куриными крыльями на кухню и сунула их в морозилку, стараясь не глядеть по сторонам, прошла в ванную и внимательно посмотрела на себя в зеркало.
– Ну что? – спросила я и постучала кончиком пальца по раме. – Давай-ка спросим Сида про это место… и зачем он мне его порекомендовал.
А потом, подхватив рюкзак, отправилась в Красноярск.
