Надо посоветоваться со своими, но они опять будут ждать его решения. Они ничего не могут сделать предателю, но могут хотя бы найти его и обнародовать его имя. И вообще, пусть проваливает из Похитителей Солнца! Смешно, потому что Похитителей Солнца больше нет, есть новые талассийские эльфы.
В общем, назвать имя предателя Этас великому магистру не сможет, даже тут совершенно бесполезен. Может тот потребует, чтобы рыжий рассказал какие-нибудь секреты Кирин-Тора? Но какой теперь в этом смысл, если архимаги Совета Шести знают, что Этас в Квель’Таласе, а значит подсуетятся всю эту информацию сделать неактуальной?
Рыжий дал себе мысленного пинка. Хватит малодушничать, гадать и бояться заранее! Ну, постоит, помолчит, стиснув зубы, послушает уничижительные комментарии. Первый раз что ли? Но первый раз они будут настолько обоснованными. Первый раз Этасу будет нечего ответить. Ну и что! Великий магистр вытащил рыжего из Аметистовой Крепости, и не известно, какая судьба ждала бы даларанца там, раз уж Совет Шести не стал перечить Джайне. Вполне возможно, что Этас бы попросту медленно и мучительно погиб от магического голода. Так что ущемленная гордость – не великая плата за спасение жизни.
Этас вошел в здание Ассоциации чуть раньше назначенного времени, чтобы заглянуть к Инетвену и в его успокаивающем обществе набраться смелости.
- И чего ты нервничаешь? - спросил заместитель великого магистра, узнав о цели его визита в Ассоциацию. Хотя у Этаса голос вроде не дрожал, да и вежливую приветственную улыбку изобразить вполне получилось.
- Мы с великим магистром как-то… не ладим, - отозвался рыжий, усаживаясь в удобнейшее кресло для посетителей, стоявшее слева от стола хозяина кабинета. Ну почему не Инетвен тут главный? Насколько все было бы проще…
Этас никогда не обсуждал с чародеями Ассоциации свои ссоры с их начальником, только пару раз позволил себе несколько малоинформативных замечаний в присутствии одной лишь Аурозалии. Поэтому, если великий магистр не рассказывал своему заместителю сам, то тот и не знал, насколько отвратительными были отношения лидеров син’дорайских магов двух государств. Раньше Этас считал, что виной этим ссорам – полное отсутствие совести и порядочности у архимага Роммата, а оказалось – его собственная, этасова глупость.
Несмотря на расплывчатое объяснение, Инетвен сам понял, что его беспокоит.
- О, не волнуйся на этот счет. Теперь ты не член Кирин-Тора, а просто чародей Ассоциации. Магистр Роммат своих не ест, - беззаботно махнул рукой заместитель очень грозного начальника.
Рыжий скептически покосился на собеседника. Удивительно, но у обладателя тяжелого нрава магистра Роммата не было среди чародеев врагов или явных недоброжелателей. Не то что бы он купался в лучах всеобщего обожания, но все признавали его авторитет и относились нормально, с уважением. Возможно, правильное объяснение этому явлению – магистр Инетвен, – эдакий буфер между магами Ассоциации и отвратительным характером их руководителя. Лучшее доказательство тому – леди Лиадрин, заместительница великого магистра по делам заклинателей Света, которая общалась с ним не через Инетвена, а напрямую, и нередко (рыжий собственными глазами видел) вылетала из его кабинета разъяренная и сверкающая глазами.
Сепетрия, вошедшая в кабинет к Инетвену, когда тот советовал не волноваться, с любопытством оглядела рыжего и усмехнулась.
- Иди-иди, - напутствовала она Этаса. – Магистр Роммат оказался прав, значит, будет теперь добрый.
Странная логика, но… Великому магистру и впрямь была свойственна снисходительность, и он обычно брезговал добивать проигравшего противника.
- Будь паинькой, и Инетвен в награду раскроет тебе Тайну Волшебной Банки, - решила добавить ему мотивации Сепетрия. Она похлопала ладонью по стоявшей на углу стола хозяина кабинета расписной жестяной банке. – Правда, Инетвен?
Тот многозначительно приподнял бровь, глядя на свою коллегу, но согласно закивал. Рыжий решил поверить заместителям магистра Роммата, которые явно знали его лучше и выработали свои способы работы с таким сложным руководителем. Теперь и Этасу, если его вообще не выставят из Ассоциации вон, придется осваивать тонкую науку как поладить с недолюбливающим его или просто грозным начальником. Раньше не требовалось. Крас ему всегда благоволил, а поначалу очень снисходительны были все чародеи из его команды, с которыми приходилось работать. К тому же Этас был нагл и самонадеян, общителен и обаятелен, не боялся. Потом, уже в Совете Шести, с Ронином он ладил отлично. С Джайной рыжий контактировал не так уж и много, первое время она мало что знала о деятельности Кирин-Тора, так что ее начальственный статус вовсе не ощущался. Этас был терпелив к сменам ее настроения, старался быть как можно доброжелательнее и вовсе не думал, что она его ненавидит. А еще мнил о себе, будто разбирается в эльфах и людях! Чаще всего он все-таки понимал других и отношение к себе хорошо, но ошибки, когда они все же случались, были сокрушительными.
