Через минут двадцать, девушка была уже сыта и изрядно захмелевшая. Попытавшись приподняться со стула, она чуть было не упала. Её судорожное движение удержаться на ногах, было замечено Алексом и он, бросив раздумья, подскочил к девушке и поднял её на руки. Тэйя сопротивляться не стала, а лишь улыбаясь своим мыслям, позволила себя отнести на местный аналог кровати.
Аккуратно уложив девушку, Алекс хотел прикрыть её лоскутным куском одеяла, но Тэйя решительно откинула его в сторону. Девушке, по всему было видно, не только не было холодно, но и спать она не собиралась. Ухватив Алекса, который уже собирался вернуться к своим раздумьям, за руку, она притянула его к себе и впилась в его губы сладким дурманящим поцелуем. Алекс мгновенно потерял голову и совершенно забыл то, чем он хотел продолжать заниматься. Отвечая на все более страстные поцелуи девушки, он взобрался на кровать и устроился рядом с Тэйей. Жарким шепотом, он говорил ей слова любви. Она отвечала ему тем же.
Полагаясь более на инстинкты, чем на опыт, девушка начала стаскивать с себя одежду. Не прекращая целоваться, Алекс последовал её примеру. Пара десятков быстрых ударов сердца и они оба остались в наряде Адама и Евы. Их жаркие тела сплелись в крепких объятиях. Алекс ласкал великолепное тело Тэйи. Целовал шею и губы, сходя с ума от аромата её бархатной кожи.
Тэйя на столько разгорячилась, что в пылу страсти начала покусывать Алекса за шею. Пересохшими от возбуждения губами она прошептала:
— Ну, давай же, войди в меня. Я не могу больше ждать. Только будь очень нежен. Говорят, что в первый раз будет больно.
Алекса как громом поразило. От неожиданности он замер и уставился в глаза Тэйи.
— Погоди, ты хочешь сказать, что тебе больше сотни лет и ты все еще девственница?!
— Дурачок, — продолжая ласкать крепкое тело Алекса, проговорила Тэйя. — Я же ангел, у нас целомудрие как один из самых основных догматов. А чтобы не возникало желания нарушить его, мы проходим ежемесячно процедуру очищения. Продолжай, прошу тебя.
— Тань, а что будет, если мы это сделаем? Если об этом узнают, то тебя жестоко накажут. Тебя наверняка даже не пустят обратно в Райские сады!
— Меня и так уже не ждут. Тех, кто побывал в плену у демонов, предают свету. Отправляют на встречу с Богом. Отныне моя судьба связана с тобой.
Алекс хотел еще что-то спросить, но Тэйя, пресекая дальнейшие расспросы и неуместную в данный момент болтовню, накрыла его рот страстным поцелуем. Алекс, не будь дурак, сопротивляться не стал. Вопросы можно было оставить и на потом.
В тот момент, когда два тела уже были готовы слиться в единое целое, сладкая парочка услышала какой-то странный шорох и еле слышную ругань на неизвестном языке. Почему ругань? Да потому, что так выплевывая слова трудно представить себе милую беседу. Алекс и Тэйя тут же подскочили с кровати. В руках у девушки тут же блеснул ангельский клинок.
Алекс прислушался, чтобы лучше определить источник шума. Шорох раздавался из угла комнаты. Точнее он как бы доносился из-за стены. В этой части комнаты ко всему прочему располагался и комод. Чтобы оказаться ближе к разгадке маленькой тайны, Алекс напрягся и сдвинул его в сторону. Сразу за комодом взгляду открылась металлическая решетка, похожая на те, что закрывают вентиляционные шахты на земле.
Как только тяжелый комод оказался в стороне от решетки и уже не мешал её открытию, она тут же приподнялась вверх и из нее показалась большая зеленая голова эко-нака. Это был тот самый эко-нак, что прислуживал Алексу и Тэйе в последнее время. У ребят сразу камень с души свалился. Тэйя не видя дальнейшей опасности, убрала клинок. Алкоголь, из-за стрессовой ситуации немного ослабил хватку, и девушка стала соображать несколько четче.
Замерев в ожидающих позах, Алекс и Тэйя решили дождаться, когда эко-нак выберется из дыры в стене полностью и даст вразумительные пояснения своему поведению. От наших героев ничего хорошего ему ждать не приходилось.
Кряхтя и поругиваясь сквозь зубы, слуга демонов все-таки выбрался на простор комнаты. Отряхиваясь только от ему видимой пыли, которую трудновато было различить на его грязной и потрепанной одеженке, эко-нак выразил сожаление о том, что секретный лаз стал для него несколько узковат. «Надо худеть» — сообщил лунатик. Смотря на его богатырское телосложение а-ля «кожа да кости», Алекс и Тэйя чуть в голос не заржали.
Закончив, наконец, благородное дело чистки одежды, эко-нак соизволил поднять на людей голову и посмотреть на тех, кто смеет смеяться над ним. Его глазам, в полумраке помещения, предстали обнаженные парень и девушка, очевидно забывшие о своей наготе.
В глубине глаз слуги демона мелькнуло странное выражение и он, пятясь, попытался задом влезть в отверстие, из которого только что выбрался. Видя, что он пытается безнаказанно смыться, Алекс подскочил к нему и, ухватив его за шиворот, остановил поспешную ретираду.
— Не надо со мной ничего делать! — Заверещал эко-нак как резанный. — Я для таких целей совершенно не гожусь. Пожалейте меня.
