Там, на Земле, я продавала большие строительные машины. Лет десять назад этого ещё не было, а в последние годы в этих машинах становилось всё больше электроники. В самых крутых — планшет, и можно управлять машиной буквально одним пальцем… Но электроника требует охлаждения. А у мощных кулеров довольно часто бывает этот звук, точнее — ультразвук, ещё точнее — высокочастотная вибрация. Далеко не все её слышат, от слуха тоже зависит. И есть у этого звука интересное свойство: если вокруг тишина — он едва различим. Чем больше шума вокруг, чем более этот шум низкочастотный — ну, представляете, как мощные моторы рычат, — тем ярче этот писк, как будто его задача — перекричать любой шум.
Вот такой звук я там и услышала. Там водопад шумел, а звон этот был прекрасно слышен. И я подумала тогда: здесь работает какой-то мощный компьютер… А что если пещерники охраняют «ключи» от этого компьютера? Но сколько их, этих «ключей», и как их найти — это была загадка…
В другой локалке, которую тоже охранял пещерник, никаких картинок не было. Но совершенно случайно, открывая ворота склада, мы обнаружили второй «ключ»: ворота были заперты на «липучку», и когда Андрей оторвал верхнюю, чёрную, часть «липучки», под ней оказался жёлтый косой крест. И снова я услышала этот звон… Это было и странно, и наводило на мысль, что этот крест тоже имеет отношение к тому компьютеру — какая-то его часть…
В общем, как я понимаю, Коррекция — это такая компьютерная программа. А место, куда мы перешли — вполне может быть… уровнем компьютерной игры, а то и вовсе какой-нибудь голограммой…
Но я должна объяснить ещё одну вещь: с чего бы это в результате Коррекции я вдруг заговорила на русском языке, как на родном. Я ведь сейчас и думаю по-русски…
В тот день, когда мы поехали… ну, просто посмотреть, что вокруг делается, без цели… Прикидывали, что, может, завернём к сицилийцам — как минимум где-то в тех краях была ещё одна локалка с пещерником… Как получится…
Но я чувствовала, что цель всё-таки была. Вернее — что мы всё равно куда-то приедем, куда нам нужно попасть. Ехали по обычной дороге, вокруг — лес, и вдруг меня будто кто-то позвал. И возникло ощущение, что тут есть что-то важное. Вернее — кто-то.
Мы остановились, огляделись, увидели за деревьями огонёк… Пришли к избушке: поляна, забор с калиткой и бабушка на крыльце. Андрей сразу определил, что избушка — русская. Ну, и бабушка оказалась русской.
И рассказала она историю — обо мне. Или не обо мне, а о своей погибшей дочери. При этом я её слышала и понимала без слов — она говорила как будто прямо у меня в голове… Но для Андрея — рассказывала вслух. По её рассказу выходило, что когда моя семья попала в автокатастрофу и погибла, меня, маленькую, выкинуло через заднее окно, и я… вроде бы, осталась жива. Но моё тело заняла как раз незадолго до этого погибшая в другой автокатастрофе дочь этой женщины, Анечка. Было ей тогда 23 года, она уже много чего знала и умела, вообще была девушкой талантливой.
И я… Знаете, я не могла ей не поверить: я стала понимать, откуда у меня мои интересы и умения… Поняла, почему никогда не вспоминала своих родителей и не интересовалась ими… В общем, я тогда много чего про себя поняла.
А ещё бабушка рассказала, что она… скажем так, потомственная знахарка, целительница… Короче говоря, — ведьма. Ведунья. Был у них в роду такой дар. И у Анечки был… И мне от неё тоже достался, — Андрей не даст соврать… А ведьма — она с миром, с природой на одной волне. Всё её пространство — это практически её тело. Поэтому когда её сюда переносили — то и перенесли вместе с домом, двором и даже с куском леса, так что бабушка даже не сразу и поняла, что уже не там, а здесь… Так и живёт, и никакие звери ей не страшны…
На прощанье она нам посоветовала ехать в сторону гор и добавила, что странникам там самое место… И теперь я не сомневаюсь, что бабушка, Бабманя, как она назвалась, и у водопада бывала, и руку на плиту клала, и на звезду нажимала, потому и «странников» упомянула… Наверное, и Коррекцию прошла, и здоровья ей прибавилось…
Андрею не понравилось, что какая-то бабка ему дорогу указывает, он привык сам выбирать, куда идти или ехать, да и вообще он бабулю сразу то ли в шпионки, то ли в шарлатанки записал… Ну, сам выбрал, сам и поехал, но поехал как раз туда, куда бабушка сказала, а свернуть и некуда было. И приехали мы… Ну, вы уже знаете, куда мы приехали.
И вот я оказалась в уже знакомом по картине месте. Всё совпало: горы, водопад, радуга. И когда мы туда попали живьём, первое, на что я обратила внимание — звук был. Машина работала.
Если вы ещё раз посмотрите видео — обратите внимание, этот звук прекрасно слышен даже сквозь грохот водопада. А когда мы уходили — его не было. Видимо, машина отработала и выключилась.
А Коррекция… Она, похоже, на всех по-разному действует. У меня, наконец, душа русской девушки с итальянским телом соединилась. И мы теперь — одно. И русский язык для меня — родной. И итальянский тоже. Уно-уно-уно-уно моменто…