– Кончается бензин, – мыслю вслух. – Как же так? Неужели я пропустил заправку? – вопрошал я. – Ерунда! Наверное, сейчас будут ещё!
Снизил скорость до сотни километров в час. Стараюсь экономить топливо. С горочек качусь почти без газа, а АЗС всё нет и нет. Проехал ещё километров тридцать. Лампа уже не мигает, а просто горит. Плохой знак. Еду на минимальных остатках. «Что-то надо делать! Да что ж такое! Опять подъём в горочку. Сейчас байк доест остатки горючего – и придётся тащить его на себе до ближайшей заправки или ловить попутку до АЗС, чтобы налить канистру и вернуться, бросив мотоцикл без присмотра».
Въезжаю снова на гору. Затем спуск. «Ну вот, как я и предполагал…» Двигатель чуть почихал и заглох. Выжимаю сцепление и качусь с горки, даже немного ускоряюсь. Делаю всё, чтобы если и тащить пешком байк, то максимально сократить расстояние.
– Я в лесу! Тут заправкой даже не пахнет! – высказался я вслух.
Уже к концу склона замечаю – впереди какие-то сооружения с парковкой рядом. На парковке – фуры. Когда приблизился, стало понятно, что это сооружение – придорожное кафе, которое располагается в сварном вагончике. Есть дверь, окошки. Как бытовка, только больше размерами. Интересное инженерное решение!
Я улыбаюсь и качусь, не прилагая усилий, с горочки прямо на парковку.
– Тащить тебя, дружище, и не пришлось, спасибо! – обращаюсь к своему железному другу.
Ну что ж, теперь надо придумать что-то с топливом. На парковке стоит несколько фур, милицейский уазик и старенькие жигули. Однако первым делом я всё же решаю подкрепиться – тогда будет больше сил; нужно немного отдохнуть, собраться с мыслями. С этим решением я с удовольствием пообедал в придорожной харчевне. Но много наедаться не стал. Как только закончил с аппетитным белорусским борщом, вышел на парковку. Теперь моя задача – раздобыть топливо и продолжить путь до ближайшей заправочной станции. Ведь уже почти вечер, а ехать после заката – совсем не хочется.
Пока я обедал, меня заметили все гости кафешки. Место это довольно популярное, судя по количеству дальнобойщиков, обедавших здесь. Да и сотрудники милиции – видимо, постоянные гости. Всё это говорит о том, что таких местечек на трассе немного. Выйдя на улицу, я ещё раз осмотрелся. На небе собирались тучи, и погода норовила испортиться.
– Надо действовать скорее, – сказал я себе и пошёл в сторону припаркованных грузовиков.
Я походил от одного грузовика к другому, выспрашивая у водителей пару литров бензина, но никто меня не мог обрадовать. Все были на дизеле. «Ну что ж. Остаётся только уазик», – подумал я, и в тот же момент из дверей кафе показалась плотная фигура майора в кителе, с фуражкой в руке. А вслед за ним вышел стройный, невысокого роста сержант с ключами (видимо, водитель). Я неспешно направился к ним.
– Здравия желаю, товарищ майор, – уверенно обратился я.
Майор повернулся и уставился на меня удивлённо и вопросительно. Не ожидал, видимо, от человека в коже услышать такое чёткое уставное обращение. Я продолжил:
– Бензин закончился в мотоцикле. Помогите парочкой литров.
Я сделал шаг в его сторону и протянул руку.
Майор ещё больше удивился и, держа в одной руке фуражку, другую автоматически протянул в ответ. После рукопожатия ещё несколько мгновений продолжал молча смотреть, как будто выбирал, на какой мысли остановиться. Сержант встал чуть позади майора, нахмурился и посматривал то на меня, то на него, как бы ожидая реакции старшего по званию. Смешно немного было видеть их лица, но я не мог позволить себе улыбнуться, чтобы не смутить их ещё больше.
И вот майор решил ответить:
– Ну я не знаю. Есть там у нас пара литров? – обратился он к сержанту.
– Да вроде есть, – ответил тот.
По глазам сержанта было видно, что топлива в «козлике» есть полбака, не меньше. Майор об этом знал, но зачем-то спросил, затем опустил взгляд, как будто вспоминая что-то, посмотрел мне в глаза и произнёс:
– Вот, наверное, нас обычно ментами называешь и ругаешь по-всякому, а сейчас бензин просишь.
Я всё-таки улыбнулся и понял – придётся достать козырную карту.
– Да нет, товарищ майор, я и сам бывший полицейский. Я же понимаю, что не все сотрудники одинаково плохие или хорошие, как и другие люди.
Майор опять удивился, но теперь уже как-то увереннее продолжил:
– Бывший? В каком же звании, кем работал?
– Лейтенант. Работал инспектором группы разбора.
Майор задумался. Видимо, такую должность он не знал.
– Гаишник, что ли?
– Да не-е-ет, – улыбнулся я снова. – Дежурство в отделе ОВД, выезд на происшествия с группой реагирования и без неё, оформление первичной документации по происшествию. В общем, ИГР.
– Ну понятно. А почему бывший-то?
– Почему?.. – задумался я на секунду. – Да зарплаты в своё время не хватало, даже чтобы семью прокормить, – ответил я ему почти без паузы, чтобы он не усомнился, а мысли мои чуть не провалились в неприятные воспоминания.
Пока мы знакомились, сержант уже понял, что бензин выдать всё-таки придётся, и шустро принёс шланг и канистру, начал подсасывать бензин.
