Я понимала, что просто не знаю, что делать дальше. — Напали! — крикнула Рора, вбегая в комнату с трофейной саблей мужа в руках. Это был тот самый меч, который я видела у нее на стене. — Хватай оружие и сюда! — потребовала она, её голос звучал как приговор, полон решимости. — Всем детям — в медчасть! Быстро! Я бросилась в кабинет генерала, заметив на стене саблю с изображением дракона. Я не умела владеть мечом, но это было лучше, чем ничего. В сердце горело желание защитить, спасти, сражаться. — Быстрее! Мои девочки уже там! Там наш последний рубеж обороны! — крикнула Рора, и я, схватив одеяло, набросила его на Кириана. Мы бежали по коридору, сворачивая за угол, сердце колотилось в груди. — Быстро сюда! — раздался голос доктора Уолша. Он был в дверях, его глаза горели решимостью. — Внутрь! Мы вбежали через массивные двери, чувствуя, как страх сдавливает грудь. Доктор повел нас к стене и открыл тайный проход. — Здесь безопаснее всего, — произнес доктор Уолш, показывая на группы семей и детей, спрятанных в укромных уголках. - Те, кто не сражаются сидят здесь. Те, кто могут помочь в госпитале - сюда! Сейчас будут раненые! И нам нужно оказать помощь. — О, боги! — шептала одна из женщин, качаясь взад-вперед, словно в предчувствии беды. — Только бы все выжили… Только бы все выжили… — Так, бабоньки! — раздался голос Роры, полон решимости. — Кто умеет держать оружие — становитесь ближе к двери. — А бежать некуда? — спросила я с отчаянием в голосе, видя, что тайное помещение как бы не имеет выхода кроме этого.. — Это Северный Форт, — усмехнулась Рора. — Тут не сдаются. Мое сердце сжималось от волнения и страха. Война, которая казалась так далекой, вдруг оказалась — здесь, внутри этих стен. Внутри моей жизни.
- Кириан, милый, иди туда! Маме надо поработать! - выдохнула я, целуя сына и гладя его по растрепанным волосам. - Все будет хорошо! Крепость не возьмут! Все будет хорошо!
- Мам! - вцепилась в меня Кириан. - Не уходи…
- Мне нужно будет помогать раненым! - шепнула я, прижав его голову к груди и молясь, чтобы все было хорошо. - Я тут! Я никуда не ухожу!
Кириан проглотил слезы, и стал спускаться к другим.
- Быстрее! - слышался голос доктора Уолша, - Закрываем двери!
- Раненые! - послышался крик, а дверь распахнулась и на первую койку положили мужчину с ожогами и глубокой раной на ноге из которой на белые простыни сочилась темная, почти черная кровь. Следом сгрузили почти не шевелящегося солдата с раной груди.
Доктор Уолш бросился к нему, а снова впала в то самое оцепенение. Я быстро бинтовала зашитую рану, думая только об одном, хватит ли бинтов.
- Быстрее! Следующий! - крича доктор Уолш. - Хотя, уже нет! Освобождайте койку!
Девушки стащили беднягу и потащили в коридор. “Нет, так нет!”, - думала я, словно находясь в непроницаемом коконе, доставая зелья и подавая их доктору.
- Там много раненых! Нужно носить! - крикнул один из солдат. Запах крови, пороха и смерти разносился по госпиталю. - Мы держим их! Они прорвали оборону! Нам нужно снова отбросить их назад!
“Прорвали”, “оборону”, - два слова, словно два импульса в голове, словно две вспышки.
Я вместе с Бэтти схватила носилки, прислоненные к стене и бросилась вниз.
- Раз, два, три, четыре, пять… - мысленно считала я ступени, когда мы спускались. Казалось, все происходит где-то за гранью понимания, за гранью моей реальности. И от этого я снова сжалась внутри до маленькой точечки души, нарастив толстую броню.
Когда мы выбежали из крепости на нижнюю стену, я вдруг застыла, словно невидимая сила парализовала меня.
Страх! Первое, что я почувствовала, был страх!
Вокруг было так шумно и громко. Шальные заклинания летели мимо, словно шаровые молнии. Снизу слышались крики, выстрелы и лязганье чего-то железного, словно огромных корабельных цепей.
- Пригнись! - закричала Бэтти. Она дернула меня вниз, пока я пыталась преодолеть страх. Хотелось спрятаться, убежать, обнять себя двумя руками, забиться в угол, чтобы почувствовать себя в безопасности!
- Возьми себя в руки! - зарычала я, чувствуя, как стучали зубы.
Я ломала себя с каждым шагом, сделанными дрожащими ногами.
Помню, как мы поднимали раненого, а он был таким тяжелым, что в глазах потемнело. “Нет, к такому привыкнуть невозможно!”, - пронеслось в голове, когда мы, выбиваясь из сил тащили раненого наверх, разминувшись с другими медсестрами, которые неслись вниз с носилками. От какого-то удара, казалось покачнулось все. Стены загудели, а нас дернуло в сторону. Я прижалась плечом к стене, боясь выпустить носилки из рук. Рук я не чувствовала… Казалось, пальцы сжались намертво, а я шла только на силе воли.
Смесь страха, боли в спине, в боли в руках внезапно достигла такого предела, что я готова была закричать. Сгрузив на кровать раненого, мы бросились вниз.
Я видела кусок стены, который просто оторвался и поднялся в воздух в пяти шагах от меня, чтобы отлететь во внутренний двор.
Смерть, словно обняла меня, а я почувствовала ее холод. От ужаса я мысленно закричала, срывая внутренний голос. И вдруг внутри меня наступила тишина.
