– Зная, что я унаследую отцовское наследство, мне предложили место в «Элите», – она фыркнула, а затем глотнула еще вина, покрутив красную жидкость в бокале. – Меня это не заинтересовало. Отец сообщил мне все, что стоило о них знать. Это не самая лучшая новость, Рэтт. Теперь ты всегда будешь в их власти и, боже упаси, остаться у них в долгу, – мама шумно выдохнула, прежде чем продолжить. – Оплачивая твое обучение и учитывая все, что случилось с Робби, я думала, что они даже не попытаются... – она вздохнула. – Просто будь осторожен, Рэтт. Ты – все, что у меня осталось.
Жаль, что этого разговора не состоялось несколько месяцев назад.
– Я подумал, что они помогут мне стать юристом. Я хочу защищать закон и не позволять пьяным водителям отделываться штрафами, когда они убивают детей, – рыкнул я.
Мама покачала головой и на мгновение прикрыла глаза.
– Рэтт, он остался безнаказанным из-за «Элиты». Он состоит в ней.
Ту-дум. Ту-дум. Ту-дум.
Вскочив со стула, я побежал в туалет, и меня вывернуло.
Они знали об этом все это проклятое время. Ублюдки. Вот какие привилегии получают члены «Элиты». Их штрафуют за убийства детей. Что я наделал?
Набрав в рот воды, я сплюнул и постарался успокоиться. Мне уже было нехорошо от затянувшейся драмы в моей жизни. Счастье вскоре заволакивала тьма. Мне нужно было хоть какое-то время понежиться на солнышке. Цвести, а не увядать.
Вернувшись к столу, я опустился на свой стул.
– Ты в порядке? – спросила мама.
– В моей жизни кое-кто появился, – сказал я, чуть пожав плечами. – Кое-кто, с кем я бы хотел тебя познакомить, – добавил я.
Она лучезарно улыбнулась мне, ее улыбка заиграла в глазах и стала заразительной. Не успев взять эмоции под контроль, мама взвизгнула и хлопнула в ладоши.
– Рэтт, о мой бог, я была бы счастлива.
– Я тоже, мам. Я тоже.
Я ворвался в кабинет Лилиан, как ураган, сметающий все на берегу, но Лилиан даже не встала.
Я хлопнул по ее столу, подталкивая составленную матерью бумагу, и жестом указал на ручку.
– Подписывай.
Прищурившись, она подвинула лист к себе.
– Что это?
– Это заявление, по которому ты освобождаешь меня от своих консультаций. Больше никаких встреч. Никогда.
Мой голос буквально громыхал.
– И я должна подписать это, потому что...?
– Потому что иначе я разорю тебя или убью. Еще не решил.
Лилиан расхохоталась, как чертова ведьма.
– Как бы ни были забавны твои слова, я не вижу причин продолжать наши консультации. Я ничем не смогу помочь человеку с твоими проблемами, – фыркнула она, взяла ручку и оставила свою подпись над пунктирной линией. – Закрой за собой дверь, – процедила Лилиан, возвращая мне лист.
Выхватив его у нее из рук, я провальсировал прочь из кабинета, даже не подумав закрыть дверь.
Отнеся бумагу в офис, чтобы они положили ее в мое личное дело, я вышел из колледжа и вдохнул полной грудью. Я уже собирался пойти к парковке, когда увидел шедшего ко мне Леность. Я никогда не встречал более спокойного человека. Даже его движения были медленными, словно он располагал всем временем мира.
– Привет, – я протянул кулак, и он ударил по нему своим. – В чем дело, мужик? – поощрил я его к разговору.
– Я искал тебя. Бог сказал, что ты будешь в кампусе.
– Ну, ты меня нашел, – ухмыльнулся я, закидывая сумку на плечо и продолжив путь уже прогулочным шагом. Леность остановился и шаркнул по бетону тяжелыми ботинками.
– У меня есть для тебя кое-что, – он протянул мне большой коричневый конверт.
Заинтригованный, я раскрыл конверт и вытащил фотографию.
– Его отец владеет ночными клубами. Он младший из шести братьев и часто впадал в депрессии. Все началось с того, когда он узнал, что вырастил двух сыновей, но не родных. У его жены уже девять лет был роман с его старшим братом.
Мне не нужно было это слушать. Все это не имело значения.
– Однажды он вернулся с работы в пустой дом. Жена его оставила и развелась, выйдя замуж за любовника. Что еще хуже – вся семья встала на сторону старшего и ожидала, что он примет это, как данность.
«Это не оправдание. Мне плевать, мать вашу».
– Он стал зависим от алкоголя, чтобы хоть как-то приглушить боль, – Леность выдохнул струю дыма.
«Чертова травка в кампусе?» Влияние Бога. Они считали, что правила к ним неприменимы.
– Однажды вечером он по обыкновению пил и жалел себя, когда ему вдруг позвонил один из детей, которых он вырастил, и сказал, что хочет вернуться домой.
«МНЕ. ПЛЕВАТЬ».
– В его голове билась единственная мысль: он нужен своему ребенку, – Леность снова затянулся. – Он сел в свой грузовик, погода стала отвратительной. Мужик слишком много выпил, и ему не следовало вообще садиться за руль, но...
– Но он решил сесть в этот чертов грузовик, зная, что перейдет этим все границы, – рявкнул я. – Какого черта тебе вообще известно все это дерьмо, и где ты раздобыл его фотографию? – спросил я.
Пожав плечами, Леность щелкнул по сигарете.
– Чувак ходил в церковь моего отца, а мне нравится сидеть в исповедальне.
– Он никогда не отпустит этот грех, – покачал я головой и нахмурился. – Ничто не будет достаточным.
