– Ладно, давай дальше выкладывай про Мирчук, – скомандовала я.
– Она говорит, что подняла на тебя руку, потому что оскорбилась его изменой...
– На него бы и поднимала!
– Да ты дослушай! Она просит ее простить. Если нужно, заплатит моральную компенсацию... и те вещи, которые ее муж подарил тебе, она тоже вернуть обещала...
– Какие еще вещи?
– Желтый костюм и черное платье. Она нашла их утром в его машине. Сказала: «Все забирайте, только подтвердите, что мой Коля никакой машины не крал. А то недруги раздуют такой скандал, тень ляжет на репутацию банка». Соломатников, оказывается, член правления...
– Так им и надо! Пусть клиенты знают, каким сволочам они доверили свои сбережения. Я и пальцем не пошевелю.
– Тетя Мил! Ну ты же сама вчера вечером говорила мне, что твою машину никто не крал. Что ты добровольно отдала ключи Николаю Николаевичу.
– Так то вчера было...
– Ну и зря ты обостряешь с ними!.. – Я почувствовала, что Стася теряет терпение. – Мирчук хоть и истеричка, но личность опасная и настроена решительно.
– Что ты имеешь в виду?
– А вдруг она Вадимчику позвонит.
– Ну и что скажет?
– Скажет, что застукала вас с Николаичем!
– Она нас нигде не стукала!
– Сама же говоришь, что ударила тебя в прихожей...
– Именно! Долбанула ни за что ни про что!
– Короче, поехали, тетя Мила, в ГИБДД. Чует мое сердце, лучше расстаться с ними по-хорошему. Я даже с работы отпрошусь ради такого дела.
На крылечке аккуратного кирпичного дома, похожего на дачку семьи со средним достатком, гудела толпа.
Толпа по большей части состояла из разнокалиберных мужчин, поэтому представительницы прекрасного пола были в ней особо заметны. Я выделила серьезную женщину с сыном-школьником, романтическую тетку в шляпке и пестрых бриджах, которая взахлеб беседовала с подтянутым седым господином, даже в неприятных обстоятельствах не упуская случая наладить личную жизнь, и худую, нечесаную девицу в ревущих наушниках...
Но даже если бы толпа сплошь состояла из женщин, я все равно первым делом увидела бы в ней барби Мирчук.
Барби тоже сразу узнала меня.
– Они со мной! – сообщила она толпящимся, и народ почтительно расступился.
Миновав людской коридор, мы вошли в дачный домик, оказавшийся всего лишь проходной дубровского ГИБДД. За фасадом уютной дачки скрывался пыльный двор, уставленный «жигулями». Сбоку серело пятиэтажное панельное здание, в котором, по всей видимости, и обитали вершители судеб местных автолюбителей.
– Нам туда. – Барби кинула на меня короткий, полный ненависти взгляд, энергично тряхнула волосами, напоминающими вермишель «Ролтон», и зашагала вперед. У входа в контору барби притормозила. – А вы, девушка, – обратилась она к Стасе, – вы тоже принимали участие в его оргиях?!
– Как вам не стыдно?! – Похоже, моя приемная дочь переживала неподдельное возмущение. – Просто Николай Николаевич – приятель моего папы...
– Это не причина! – рявкнула барби. – Не причина, чтобы...
– Он посоветовал папе приобрести дом в «Березовой роще».
– Где-где?!
– В коттеджном поселке «Березовая роща». По соседству с ним...
– С кем – с ним? – не поняла барби.
– С Николаем Николаевичем! У него в «Березовой роще» милый особнячок... с видом на Нил.
Барби подозрительно скосилась на меня:
– Она больная?
– Почему больная? Нет... У него в коттедже художественная панорама «Древний Египет».
– И он вас на фоне этой панорамы... по очереди? – спросила барби с брезгливым любопытством.
– Что вы несете? – возмутилась Стася. – Я вообще у него не была ни разу. Это он без конца таскался ко мне...
– Короче, вы тоже выставляете претензии? На какую сумму?
Стася обиделась:
– Ничего я не выставляю! Николай Николаевич делал то, о чем просил его мой отец.
– Это ваш папа его попросил? Я, наверно, с ума схожу... Ваш папа его попросил...
– Присматривать за мной, – объяснила Стася.
– Бред какой-то! И как же, интересно мне знать, как он за вами присматривал?!
– Ну просто... приходил... спрашивал, чего я делаю.
– И все? – не верила барби.
– Все.
– А машина?
– Машину потребовалось переставить, – объяснила я. – А Стася думала, что ее угнали, и заявила в милицию.
– И вы это в милиции можете подтвердить?
– Могу, конечно.
– За сколько?
– Просто так.
– А я вам не верю! – фыркнула барби. – Женщины вашего пошиба ничего не делают просто так!
– Что вы себе позволяете? – спросила Стася тихо и подчеркнуто вежливо. – Вы даже не представляете, кто перед вами стоит.
– Очень даже хорошо представляю! Я благодаря мужу насмотрелась их на своем веку...
– Тем более могли бы понять! Тетя Мила – умная, серьезная женщина, настоящая бизнес-леди.
– Понятно, какой у нее бизнес.
– А вот за это вы ответите! – вскипела Стася. – Я вам слово даю. В суде будете отвечать! А мой жених – журналист – позаботится о том, чтобы этот суд транслировали по всем теле– и радиоканалам!
– Вы меня не запугаете!
– Пойдемте к инспектору, – предложила я. – Быстрее войдем, быстрее выйдем.
– Ну уж нет! – Стася топнула ногой. – Пусть сначала она извинится.
– Извините, – буркнула барби. – Я не знала, что у нее за бизнес.
